Банер участника Конкурса Христианских сайтов 2015 на bible8.eu

Неделя 11-ая по Пятидесятнице. Притча о немилосердном заимодавце.

    Евангельское чтение

Евангелие от Матфея, глава 18 

На церковнославянском языке

23 Сегó рáди уподубися цбр­ст­вiе небéсное человcку царю, иже восхотc стязбтися о словеси съ рабы сво­ими. 

24 Начйншу же емý стязбтися, при­­ведуша емэ единаго должникб тмую талбнтъ:

25 не имэщу же емэ воз­дбти, повелc и госпудь егу продбти, и женэ егу, и чбда, и вся, елика имcяше, и от­дбти.   

26 Пбдъ эбо рббъ туй, клбняшеся емэ, глагуля: гусподи, потерпи на мнc, и вся ти воз­дбмъ.

27 Милосйрдовавъ же госпудь рабб тогу, прости егу и дулгъ от­пусти емэ.

28 Изшйдъ же рббъ туй, обрcте единаго [от­] клеврйтъ сво­ихъ, иже бc дулженъ емэ стумъ пcнязь: и ймь егу давляше, глагуля: от­дбждь ми, имже [ми] еси дулженъ.

29 Пбдъ эбо клеврйтъ егу на нузc егу, моляше егу, глагуля: потерпи на мнc, и вся воз­дбмъ ти.

30 Онъ же не хотяше, но вйдъ всади егу въ темницу, дундеже воз­дбстъ дулжное.

31 Видcв­ше же клеврйти егу быв­шая, сжблиша си зcлу и при­­шйдше сказбша господину сво­емэ вся быв­шая.

32 Тогдб при­­звбвъ егу господинъ егу, глагула емэ: рббе лукбвый, вйсь дулгъ онъ от­пустихъ тебc, понйже умолилъ мя еси:

33 не подобб­ше ли и тебc помиловати клеврйта тво­егу, якоже и бзъ тя помиловахъ?

34 И прогнcвався госпудь егу, предадй егу мучителемъ, дундеже воз­дбстъ вйсь дулгъ свуй.

35 Тбко и Отйцъ муй небйсный сотворитъ вбмъ, бще не от­пуститй кíйждо брбту сво­емэ от­ сердйцъ вбшихъ прегрcшйнiя ихъ. 


На русском языке

23 Посему Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими;

24когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов*; //*Вес серебра.

25 а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить;

26 тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и всё тебе заплачу.

27 Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему.

28 Раб же тот, выйдя, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, чту должен.

29 Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: потерпи на мне, и всё отдам тебе.

30 Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга.

31 Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему всё бывшее.

32 Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня;

33 не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, кбк и я помиловал тебя?

34 И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга.

35 Тбк и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его.

(Мф.18:23-35)

 

  Апостольское чтение

Первое Послание Апостола Павла к Коринфянам, глава 9

На церковнославянском языке

2 Аще инымъ [и] нcсмь апустолъ, но оббче вбмъ йсмь: [Зач. 141.] печбть бо мо­егу апустол­ст­ва вы естй о Гусподc.

3 Муй от­вcтъ востязэющымъ менй сйй йсть.

4 Едб не имамы влбсти ясти и пити?

5 Едб не имамы влбсти сестрэ женэ водити, яко и пручiи апустоли, и брбтiя Госпудня, и кифа?

6 Или единъ бзъ и Варнбва не имамы влбсти йже не дcлати?

7 Кту вуин­ствуетъ сво­ими обруки когдб? Или кту насаждбетъ виногрбдъ, и от­ плодб егу не ястъ? Или кту пасйтъ стбдо, и от­ млекб стбда не ястъ?

8 Едб по человcку сiя глагулю? Не и закунъ ли сiя глагулетъ?

9 Въ Моисйовc бо закунc писано: да не заградиши устнэ волб молотяща. Едб о волcхъ радитъ Бугъ?

10 Или нбсъ рбди всяко глагулетъ? Нбсъ бо рбди написбся, яко о надйжди дулженъ йсть оряй орбти, и молотяй съ надйждею сво­егу уповбнiя при­­чащбтися.

11 Аще мы духувная сcяхомъ вбмъ, велико ли, бще мы вбша тcлйсная пужнемъ?

12 Аще инни влбсти вб­шея при­­чащбют­ся, не пбче ли мы? Но не сотворихомъ по области сйй: но вся терпимъ, да не прекращйнiе куе дбмы благовc­ст­вовбнiю Христуву.

На русском языке

2 Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ||ибо печать моего апостольства – вы в Господе.

3 Вот мое защищение против осуждающих меня.

4 Или мы не имеем власти есть и пить?

5 Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?

6 Или один я и Варнава не имеем власти не работать?

7 Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?

8 По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон?

9 Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог?

10 Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано; ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое

11 Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?

12 Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.

 ( 1Кор.9:2-12) 


   

  Вопросы на понимание текста, для размышления над отрывками 

(при поиске ответов стоит заглядывать в параллельные места, если они есть

    • Что значит сосчитаться?
    • Почему царь простил, ведь долг немалый, разве недостаточно было просто подождать?
    • Почему должник стал выбивать 100 динариев?
    • Почему должник несправедлив, ведь он просит свое и готов был отдать царю со временем?
    • "Не надлежало ли тебе, поступить так как я" - Разве прощать не личный выбор каждого, царь простил - хорошо, но почему он требует этого от должника?
    • Нужно ли прощать, когда вокруг столько преступников, халтуры, просто ничему не учащихся безответственных людей?
    • Как восстановить справедливость, если прощать?
    • Как прощать?
    • Что может помочь мне в этом?
    • Что делать если человек не просит прощения?
    • Как простить от сердца, ведь ему не прикажешь? 
    • Отрывок помогает простить от ума, а что поможет сердцу?  
    • Вспомнить, кого мы прощаем, от кого мы нуждаемся в прощении. Помолиться об этих людях.
    • Почему Павел подчеркивает, что для коринфян он апостол?
    • Что значит: «кто пашет — должен пахать с надеждою»?
    • Каким образом власть Павла жить на пожертвования коринфян могла бы быть препятствием к благовествованию?
    • Как вы относитесь к мысли, что проповедник, апостол, священник имеет право жить на пожертвования тех, кого он духовно окормляет?
    • Когда вы что-то делаете, есть ли у вас надежда добиться успеха?
    • Есть ли что-то, о чем вы знаете, что вы имеете на это полное право, но готовы этим поступиться ради любви к другим людям?
    • Что нового вы узнали/поняли из толкований?
    • А вы что думаете по поводу этих отрывков?
    • Чему это вас научило?
    • Что важного вы получили при чтении и размышлении над отрывками, при ответах на вопросы и чтении толкований?
    • Чему вы научились благодаря размышлению над отрывками, ответах на вопросы и чтении толкований?
      Ответить на вопросы, поделиться своими размышлениями, можно, в комментариях  

       

      Комментарий редактора:

       любовь vs права и свободы

        Для того, чтобы понять, о чем эти отрывки, нам надо вернуться назад и прочитать восьмую главу Первого послания к коринфянам.
      Проблема, которую там разбирает апостол Павел, это проблема идоложертвенного. В древнем мире было принято приносить в жертву богам животных. Животные убивались, часть их сжигалась, а часть съедалась жрецами и другими участниками богослужения. Мясо, которое подавалось на общественных трапезах, тоже было принесено в жертву языческим богам. Часть этого мяса продавалась на рынке. Ряд коринфских христиан, побогаче, которые могли купить любое мясо, равнодушно относились к вопросу об идоложертвенном и считали, что есть можно любое мясо, тем более, что идолов на самом деле не существует. Имея такое знание, они спокойно ели мясо на языческих праздниках. Другие коринфяне, которые видели мясо только на языческих праздниках, где его раздавали народу, смущались и не были готовы есть мясо, посвященное идолам. 

        Апостол Павел не говорит прямо о том, что идоложертвенное есть нельзя. Он призывает тех, кто ест идоложертвенное, отказаться от него по любви к тем, кого оно смущает. Мы, люди, существа социальные и склонны делать то же, что и все вокруг, даже считая это неправильным. Поэтому апостол Павел призывает едящих идоложертвенное не соблазнять своим примером на поедание идоложертвенного тех, кто считает это грехом. Потому что за этого человека умер Христос и, соблазняя его, «сильные в вере» коринфяне согрешают и против него, и против Христа. Глава заканчивается словами «И потому, если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек, чтобы не соблазнить брата моего».
      Апостольское чтение этого воскресенья является продолжением этой темы. По сути, Павел говорит здесь, что у него, как у Апостола, есть определенные права. Он имеет право есть (в том числе и мясо) и пить. Он имеет право возить с собой жену, как это делают другие апостолы. Он имеет право не работать и жить за счет тех, кому он проповедует. Тем более, что он приносит этим людям не просто слова, а благую весть о возможности мира с Богом. Свои права он обосновывает и практикой Римской империи и Моисеевым законом. Римским солдатам платили жалованье за службу в армии. Закон Моисея, не человеческий закон, а Божий, также говорит о том, что тот, кто трудится – вол, должен иметь возможность питаться от своих трудов. Павел распространяет это правило на людей. Чуть дальше, в 14 стихе, он говорит, что «Господь повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования». Однако, несмотря на свое право жить именно так, Павел не пользуется им. Не пользуется для того, чтобы ничем не помешать проповеди благой вести, никого ничем не соблазнить.

        Что из этого можем вынести мы? Иногда православные христиане считают, что мы должны смиряться и от всего отказываться, потому что не имеем на это права и вообще являемся ничтожными существами. Но из этого отрывка видно, что Бог не ограничивает нас во всем, не принуждает нас к непосильной аскезе, не смотрит на нас, как на ничтожества, но дает нам определенные права и свободы. Например, право работника пользоваться тем, что он возделывает. Далеко не всегда такое право дают нам люди. Например, в 30-е годы в СССР крестьяне были насильно вовлечены в колхозы и лишены прав на те продукты, которые они производили. В 1932-33 годах это привело к массовому голоду, а против тех, кто позволял себе что-то взять с колхозного поля, применялся «закон о трёх колосках», по которому сажали на 10 лет. Но Бог дает нам такое право и дает нам свободу во многом. А апостол Павел дает нам пример того, как мы можем поступать с нашим правом и с нашей свободой. Мы можем воспользоваться ими и не согрешим – а можем не воспользоваться из любви к кому-то. Ради того, чтобы кого-то не соблазнить, не смутить или из других каких-то соображений. Например, мы можем уступить свое место в очереди человеку, который очень торопится, хотя имеем полное право не уступать. Мы можем промолчать, чтобы не обидеть человека, когда оказались правы в споре – хотя имеем полное право отметить, что мы были правы. Мы можем быть уверены в том, что можем не поститься – и поститься ради того, чтобы не соблазнить других.  Апостол  Павел дает нам пример любви, исходящей из свободы. И, наверно, важно обладать этим внутренним чувством свободы, чтобы действовать из любви.




          Прочтите толкования  
       
                      


        Cвятитель Феофан Затворник.  Мысли на каждый день года (книга)

      (1Кор.9:2–12; Мф.18:23–35) Притчу о двух должниках Господь заключил такими словами: «Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его» (Мф.18:35). Кажется, такая малость требуется: прости и будешь прощен; а когда прощен, то и в милость принят; а когда в милость принят, то стал участником во всех сокровищах милости. Стало быть, тут и спасение, и рай, и вечное блаженство. И такое великое приобретение за такую малость, что простим!.. 

       Да, малость, но для самолюбия нашего нет ничего тяжелее, как прощать. Ненамеренную какую-нибудь неприятность, тайно причиненную нам, так, чтоб никто не видал, мы еще, пожалуй, простим; но чуть что почувствительней, да при людях, хоть не проси: нет прощения. Бывают обстоятельства, что хочешь не хочешь, а высказать неудовольствия нельзя, – и молчишь: но язык-то молчит, а сердце говорит и строит злые планы. Повысься неприятность еще на одну линию, – и удержа нет: ни стыд, ни страх, ни потери, ничто не удержит. Вскипевшая самость делает человека словно помешанным, и поддавшийся ей начинает городить глупости. 

      Такому несчастию больше всего бывают подвержены люди не какие-нибудь, а чем кто цивилизованней, тем чувствительней к оскорблениям, тем меньше прощает. Снаружи отношения иногда все еще остаются гладкими, но внутри решительный разлад. А между тем, Господь требует, чтобы прощали от всего сердца.


       Прочтите толкования



        Святитель Иоанн Златоуст. Толкование в неделю 11-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение) 

      Послушаем же притчи: она кажется ясною сама по себе, однако же содержит в себе несказанное сокровище мыслей. "Посему Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими". Не пробегай без внимания это изречение, но открой мне судилище то, и вошедши в свою совесть, подумай о том, что сделано тобою во всю жизнь. И когда услышишь, что (царь) считается с рабами своими, представь себе и царей, и военачальников, и градоправителей, и богатых и бедных, и рабов и свободных, и всех: "ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово" (2Кор. 5:10). Если ты богат, – подумай, что отдашь отчет, на блуднице истратил ты деньги, или на бедных; на тунеядцев и льстецов, или на нуждающихся; на распутство, или на человеколюбие; на удовольствие, лакомство и пьянство, или на вспоможение несчастным? И не в одной только трате потребуют у тебя отчета, но и в приобретении имущества: праведными ли трудами собрал ты его, или хищением и лихоимством; получив ли родительское наследство, или разоривши домы сирот и расхитивши имущества вдовиц? Как мы у своих слуг требуем отчета, не только в расходе денег, но и в приходе, допрашивая, откуда и от кого, и как, и сколько получили они денег, – так и Бог требует от нас отчета не только в употреблении, но и в приобретении. И не богач только, но и бедный дает отчет – в бедности: благодушно ли и с благодарением ли перенес бедность, не впал ли в уны­ние, не подосадовал ли, не возроптал ли на Божий Промысл, видя другого в роскоши и удовольствиях, а себя в нужде? Как у богача потребуют отчета в милостыне, так у бедного в терпении, или – лучше – не в терпении только, но и в самой милостыне, потому что бедность не мешает милостыне: свидетель – вдовица, положившая две лепты – и этим малым вкладом превзошедшая тех, которые положили по многу. И не богатые только да бедные, но и начальники с судьями истязуются с великою строгостью: не извратили ли они правду, не произнесли ли приговора над подсудимыми по пристрастию или по ненависти, не дали ли, уступив лести, неправедного решения, или, по зло­памятству, не сделали ли зла невинным? Да и не светские только начальники, но и предстоятели церквей дадут отчет в своем начальстве, и они особенно подвергнутся строжайшим и тягчайшим взысканиям. Тот, кому вверено служение слова, даст там строгий отчет, не опустил ли по лености или по злорадству чего-либо такого, что бы сказать надлежало, и доказал ли на деле, что изъяснил он все и не скрыл ничего полезного. Опять, получивший епископство, сколько на высшую взошел он степень, столько же строжайший даст и отчет, не только в учении и предстательстве за бедных, но и в испытании рукополагаемых и в бесчисленном множестве других дел. На это-то указывая, Павел и писал Тимофею: "Рук ни на кого не возлагай поспешно, и не делайся участником в чужих грехах" (1Тим. 5:22). И, давая наставление евреям касательно их начальников, устрашал (епископов) другим образом, говоря так: "Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших" (Евр. 13:17).

      Но не в одних делах, а и в словах тогда дадим отчет. И мы, вверив слугам своим деньги, требуем у них отчета во всем; так и Бог, вверив нам (дар) слова, взыщет за его употребление. Так мы истязуемы будем и дадим строгий отчет в том, не бессмысленно ли и не попусту ли тратили слова, потому что не столько вредна пустая трата денег, сколько бессмысленное, суетное и напрасное употребление слов. Напрасная трата денег делает иногда ущерб имению, а слово, произнесенное без рассуждения, разоряет целые домы, губит и разрушает души. Ущерб имения можно опять поправить, а слово, раз вылетевшее, возвратить назад нельзя.

      А что мы дадим отчет в словах, послушай, что говорить Христос: "Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди", (на земле), "дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься" (Мф. 12: 36, 37). И не только в своих словах мы дадим отчет, но и в слушании (чужих слов), напр. не внял ли ты ложному обвинению ближнего; потому что сказано: "Не внимай пустому слуху" (Исх. 23:1). Если же приемлющие "пустой слух" не получат извинения, то какое оправдание будут иметь те, кто клевещет и оговаривает?



      Прочтите толкования  
       



        Митрополит Антоний Сурожский . Проповедь в неделю 11-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Во имя Отца и Сына и Святого Духа. 
      Сегодняшняя притча такая ясная, такая простая, но я хотел бы обратить ваше внимание на одну или две вещи в ней. Из притчи ясно, что если мы не прощаем друг другу то малое, чем мы согрешаем друг перед другом, Бог не может простить нам то великое, что мы должны Ему. И это верно; но я хочу задуматься о чем-то другом. 

      Мы должны друг перед другом столь малым: мы раним друг во друге самолюбие или гордость; мы разрушаем надежды друг друга, мы убиваем друг во друге радость: и также, очень часто, тем, как мы обращаемся друг с другом, мы омрачаем, порочим образ Божий в себе и в других людях. И вот когда речь идет о человеческих взаимоотношениях, о боли, которую мы друг другу причиняем, наш долг может быть прощен, потому что жертва нашего греха, даже если она нас вызвала на грех, или если эта жертва непорочная, получает в тот момент власть простить, подлинно божественную власть упразднить зло, которое мы совершили, и словами Христа „Прости им, Отче, они не знают, что творят” отпустить обидчика, перечеркнуть зло, выпустить на свободу того, кто связал себя узами ненависти, презрения или множеством других вещей. 

      Но есть в этой притче и другая сторона; в чем дело, почему Христос говорит, что мы должны друг другу сто монет, а Богу – десять тысяч монет: так много, так много? Значит ли это, что когда мы грешим против Него, грех как бы умножается тем, что Бог велик, и оскорбить Его – всегда намного преступнее, чем оскорбить ближнего? Я думаю, такое представление о Боге было бы чудовищным; я думаю, это значит, что когда мы поступаем дурно, не слушая призыва Божия, не следуя Его слову и Его примеру, это помрачает Его образ в нас, разрушает ту красоту, которую Он в нас насадил, которую Он начертал в нас, которой Он нас запечатлел, как собственной печатью. И вот это непоправимо, если только Сам Бог не исправит, если только Сам Бог не обновит то, что одряхлело, не вернет утраченную нами красоту. 

      В этом смысле мы должны быть очень бережны в наших отношениях с Богом. Проступки друг против друга исправить легко, потому что они малы, они поверхностны; одного слова прощения достаточно. Но то, что мы совершаем над своей душой, над самими собой, когда поступаем против Божией заповеди, Божиего зова, против надежды, которую Бог на нас возлагает, мы не можем исправить, просто сказав: „Я поступил плохо, прости!” Вся жизнь Христа, все Его страдание и смерть на кресте – вот цена, которой восстанавливается то, что мы разрушили и искривили, вместо того чтобы сделать прямым и прекрасным. 

      Задумаемся над этим, потому что сказать Богу „Прости” означает гораздо больше, чем сказать „Не вмени нам того зла, которое мы сделали, той неправды, которую мы совершили”. Это значит: „Обнови то, что не может быть возрождено человеческими силами”. Так что действительно существует несоразмерность, о которой Христос говорит в притче, между тем, когда мы поступаем неправо на путях Божиих и когда мы поступаем неправо в наших взаимоотношениях друг с другом. Поэтому давайте начнем с этих отношений друг ко другу, станем относиться к каждому человеку, как мы относились бы к святой иконе, поврежденной временем, небрежностью, злобой. Будем относиться друг к другу с благоговением, с лаской: тогда, при нашем обращении к Богу, и Он так же поступит с нами

      Да благословит нас Бог вырасти в полноту той красоты, которую Он насадил в нас и к которой Он нас призывает, и да будет благословение Господа Иисуса Христа, и любовь Божия, и причастие Святого Духа с нами во веки!

      Аминь.



      Прочтите толкования



        Архиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 11-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)   

      Если для других я не Апостол, то для вас Апостол. 

      Не говорю, что я учитель всей вселенной; но вам разве я не учитель? Почему же я не брал ничего от вас, с которых взять имел особое право? Чрез такую уступку еще более подтверждает речь свою.

      Ибо печать моего апостольства - вы в Господе.

      То есть доказательство. Если кто пожелает убедиться, точно ли я апостол, я укажу на вас. Вы составляете печать и подтверждение моего апостольства; ибо я совершил между вами все, что должен сделать апостол.

      Вот мое защищение против осуждающих меня.

      Желающим знать то, откуда видно, что я апостол, я предложу в свою защиту вас. Ибо доказав, что вы всему научены мной, я поражу осуждающих меня.

      Или мы не имеем власти есть и пить?

      То есть взяв нужное с учеников. Но мы не пользуемся этой властью, хотя мы и имеем ее.

      Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?

      За апостолами следовали богатые женщины, которые доставляли им необходимое и всю заботу об этом принимали на себя, чтобы они занимались только проповедью. Примечай, что верховного он поставил после, как важнейшего, выражая такую мысль: что мне говорить о прочих? сам Петр так делает. Братиями же Господними называет Иакова, епископа Иерусалимского, Иосию, Симона и Иуду (Мф.13:55), которые назывались братьями Господа потому, что Иосиф обручен был с Богородицей.

      Или один я и Варнава не имеем власти не работать?

      То есть ужели мы не имеем власти жить без работы и содержаться на счет своих учеников, не работая? Не умолчал и о Варнаве, который, как ему было известно, был также точен в этом отношении; ибо он жил своею работой.

      Какой воин служит когда-либо на своем содержании?

      Ибо все воины пользуются содержанием от общества. Прилично поставил на первом месте служение воина; ибо оно имеет сходство с служением апостольским по соединенным с ним опасностям и по борьбе с мысленными врагами.

      Кто, насадив виноград, не ест плодов его?

      Этим примером указал на трудность, множество бедствий и забот. Впрочем, не сказал: не употребляет весь плод, но: не ест плодов. Не сказал также: кто не обогащается от плода, но: не ест. Так повсюду убеждает искать необходимого, а не излишнего.

      Кто, пася стадо, не ест молока от стада?

      Не сказал: продает овец, или: съедает их, или: все молоко, но: молока, показывая нам этим, что учитель должен довольствоваться малым вознаграждением и необходимым содержанием. Именем "пастыря" указывает на то, что учитель должен иметь большое попечение.

      По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон?

      То есть разве я только человеческими примерами подтверждаю это, а свидетельства из Писания не имею? Я могу доказать, что это и Богу угодно; то же повелевает и Закон, который не от людей, но от Бога.

      Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего.

      С избытком подтверждает желаемый предмет, почему приводит в пример и волов.

      О волах ли печется Бог?

      Что же? ужели не печется? Печется, но не так, чтобы давать законы о них. Поэтому заботливостью о бессловесных внушал нечто иное, именно приучал иудеев заботливости об учителях. Отсюда же узнаем, что все, что ни говорится в Ветхом Завете о бессловесных, то служит к назиданию людей.

      Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано.

      Употребил слово конечно (π¬ντως), как о предмете общепризнанном, чтобы не дать слушателю повода возразить что-нибудь.

      Ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою.

      То есть учитель должен возделывать ниву сердец и трудиться с надеждой на воздаяние и вознаграждение.

      И кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое.

      От сеяния перешел к молотьбе, чтобы и этим выразить, как много трудов у апостолов: ибо и они пашут и молотят. Поскольку же пашущий только надеется, а молотящий отчасти уже и наслаждается, то сказал, что молотящий получает ожидаемое им. А дабы кто-нибудь не сказал: "что же? за столь великие труды апостолов ты полагаешь им вознаграждение в том только, чтобы получать пропитание?" прибавил: с надеждою, то есть будущих благ, так что должно надеяться и тех благ, да сверх того и есть и пить за счет учеников.

      Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?

      Здесь доказывает правоту дела. Вы, говорит, воздаете неравное тому, что вы приняли. Ибо мы посеяли в вас духовное, а вы воздаете нам телесное. Велико ли это?

      Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы?

      Намекает на некоторых лжеучителей, которые брали с них без стыда и самовольно. Посему не сказал: если иные берут, но: имеют у вас власть, то есть господствуют, властвуют над вами, распоряжаются вами, как рабами; не тем ли более имеем право мы, истинные апостолы?

      Однако мы не пользовались сею властью.

      Хотя мы имеем власть есть и пить на ваш счет, однако мы не пользовались этой властью, дабы вы не соблазнялись. А вы не воздерживаетесь и от идоложертвенного, чтобы чрез это не соблазнить слабейших из братии!

      Но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.

      Дабы кто не сказал: "ты и имел нужды, потому и не брал", говорит: хотя мы находимся в большом стеснении, однако все переносим, и голод, и жажду, и наготу, дабы не произошло какой-либо преграды, то есть какого-либо замедления для Евангелия и проповеди.  



       Прочтите толкования




          Блаженный Феодорит Кирский.Толкование в неделю 11-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение) 

      1Кор.9:2. Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства – вы в Господе.

      «Аще иным и несмь Апостол; но обаче вам есмь». Апостол выразил это кратко, но сказал вдруг много о трудах в преподавании учения, о подвигах и всякого рода страданиях за оное и о чудесных действиях благодати, истинными свидетелями которых были коринфяне, как самовидцы. Посему-то говорил он: «Аще иным и несмь Апостол, но обаче вам есмь». Если и нет у меня ни одного свидетеля, то достаточно мне вашего свидетельства.

      «Печать бо моего апостольства вы есте о Господе». Доказательством апостольских заслуг имею происшедшую в вас перемену. Ибо «печатию» Апостол называет доказательство и подтверждение. Так и богомудрый Иоанн сказал: «Приемый Его свидетелство» запечатлел (εσφρqγιГµЅ), то есть подтвердил, «яко Бог истинен есть» (Ин.3:33).

      1Кор.9:3. Вот мое защищение против осуждающих меня.

      «Мой ответ востязующым мене сей есть». Если кому угодно судить о моих трудах, то призываю во свидетельство вас, потому что вашего дела достаточно мне длясвидетельства о моих трудах.

      1Кор.9:4. Или мы не имеем власти есть и пить? 
      1Кор.9:5. Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?

      «Еда не имамы власти ясти и пити? Еда не имамы власти сестру жену водити, яко и прочии Апостоли, и братия Господня, и Кифа?» Апостол разумеет: «ясти и пити» от благовествования. Намерен же показать, что, имея право, по Владычнему закону, получать необходимую пищу от учеников, продолжал он работать и трудами снискивать необходимое пропитание, ради пользы учеников. Сие же: «сестру жену водити», иные толковали так, что как за Господом следовали верные жены, снабжавшие учеников необходимою пищею (Лк.8:3), так и за некоторыми апостолами следовали жены, которые показывали в себе горячую веру, привязаны были к их учению и содействовали Божественной проповеди.

      1Кор.9:6. Или один я и Варнава не имеем власти не работать?

      «Или един аз и Варнава не имамы власти еже не делати?» То есть Господь дозволил всем проповедующим благовестие «от благовестия жити»; и мы ли одни лишены сего права? Потом Апостол доказывает справедливость и необходимость сего и житейскими обычаями.

      1Кор.9:7. Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?

      «Кто воинствует своими оброки когда? Кто насаждает виноград, и от плода его не яст? Кто пасет стадо, и от млека стада не яст?» Так показав, что и воин питается от военной службы, и садовник вкушает плодов, и пастух добывает себе пищу из молока пасомых им, Апостол присовокупил:

      1Кор.9:8. По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон? 
      1Кор.9:9. Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог?

      «Еда по человеку сия глаголю? Не и закон ли сия глаголет? В Моисеове бо законе писано». Если же кому покажется это человеческим рассуждением, тот пусть слышит, что ясно повелевает закон.

      «Да не заградиши устне вола молотяща» (Втор.25:4)«Еда о волех радит Бог?»

      1Кор.9:10. Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано; ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое.

      «Или нас ради всяко глаголет? Нас бо ради написася, яко о надежди должен есть оряй орати, и молотяй с надеждею своего упования причащатися». Не то говорит Апостол, что у Бога нет попечения о волах. Ибо печется Бог и о них, но печется ради нас, потом что ради нас их и создал. Потому и блаженный Давид сказал: «Прозябающему на горах траву и злак на службу человеком» (Пс.146:8).

      1Кор.9:11. Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?

      «Аще мы духовная сеяхом вам, велико ли, аще мы ваша телесная пожнем?» Дав гораздо большее, погрешаем ли, если берем гораздо меньшее?

      1Кор.9:12. Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.

      «Аще инии власти вашея причащаются, не паче ли мы?» В сих словах Апостол подразумевает тех, которые худо управляли коринфянами. «Но не сотворихом по области сей: но вся»покрываем; то есть переносим, выдерживаем, терпим. А для чего?

      «Да не прекращение кое дамы благовествованию Христову». Весьма выразительно Апостол назвал вред прекращением, потому что не дает, говорит он, распространяться благовествованию; задерживает его течение, препятствует спасению посредством проповеди. Потом, поелику упомянул о волах и протолковал закон, вероятно же, иные возражали, что толкование сделано не как должно, то указывает на закон, еще яснее подтверждающий слово его. 



      Прочтите толкования



        Святитель Феофан Затворник Толкование в неделю 11-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение) (книга)

      Глава 9, стихи 1, 2. Несмь ли Апостол? Несмь ли свободь? Не Иисуса Христа ли Господа нашего видех? Не дело ли мое вы есте о Господе? Аще иным и несмь Апостол, но обаче вам есмь; печать бо моего апостольства вы есте о Господе.

      Несмь ли Апостол? Вопрос за вопросом идут — и с движением, может быть намеренно, чтобы возбудить внимание. К этому же вела и неожиданность самих вопросов, ибо с первого раза не видно, к чему они идут. — Цель его та, чтобы восстановить во внимании коринфян мысль, что он настоящий Апостол. Несмь ли Апостол? Не настоящий ли я Апостол, свыше приявший поставление? (Феодорит). Не сам собою начал я дело проповеди, и не другим кем из людей послан. Самим Господом поставлен на это служение, как и все другие Апостолы. Посему несмь ли свободь? Не имею ли полномочия действовать вполне в качестве Апостола, как и все прочие? «Я не под властию другого состою и не в чине ученика нахожусь, но мне вверена вся вселенная» (Феодорит). «Не имею ли я власти над собою? — Разве кто имеет власть останавливать меня или запрещать?» (святой Златоуст). — Не Иисуса Христа ли Господа нашего видех? «Поелику святой Павел призван был по вознесении Спасителя, Апостолы же были у всех в великой славе, потому что сподобились зреть Самого Господа, то по необходимости присовокупил он и это» (Феодорит), чтобы никто не мог думать, что он по апостольству чем-либо ниже других. Что другие имели, имею то же и я. Они видели Господа, видел Его и я. Сам Он мне явился (1 Кор. 15, 8), и Сам послал на проповедь всем языкам.

      Этим рядом вопросов он восстановил мысль, что он настоящий Апостол. Теперь ему для его предмета нужно заставить их вспомнить, как он у них апостольствовал. Отсюда вопрос: не дело ли мое вы есте о Господе? — Не дело ли, то есть апостольское, не дело ли моего апостольства вы? — Разумеет их обращение к вере и устроение из них Церкви, в полном ее составе. О Господе, или при помощи Господа, или во славу Господа, или дело Господне, — настроение вас на спасение в Господе. Это должно было привесть им на память все, как пришел к ним святой Павел и как действовал в продолжение полутора лет, и как держал себя среди их. — Аще иным и несмь Апостол, но обаче вам есмь. Иные, не видавшие меня, могут еще сомневаться, Апостол ли я, но для вас это должно быть очевидно. Вы осязали апостольскую во мне силу. «Апостол выразил это кратко, но сказал в немногом много — о трудах в преподавании учения, о подвигах и всякого рода страданиях за оное и о чудных действиях благодати, истинными свидетелями которых были коринфяне, как самовидцы» (Феодорит). — Печать бо моего апостольства вы есте о Господе. — «Печать, то есть доказательство. Кто хочет убедиться, говорит, в моем апостольстве, тому я указываю на вас. Ибо все, свойственное Апостолу, я сделал у вас и ничего не опустил. У вас я показывал и знамения, и учил словом, и подвергался опасностям, и проводил безукоризненную жизнь. Во втором послании он полнее свидетельствует о сем: Знамения Апостолова содеяшася в вас во всяком терпении, в знамениих и чудесех и силах. Что бо есть, егоже лишистеся паче прочих церквей» (2 Кор. 12, 12–13)? (святой Златоуст).

      Стих 3. Мой ответ востязующим мене сей есть.

      И вот мой ответ тем, которые стали бы возражать против моего апостольства и спорить. То, что я сказал, должно всякого убедить, что я настоящий Апостол. «Для тех, которые хотят знать, почему я Апостол, или стараются доказать, что я не Апостол, доказательством и оправданием моим служит ваше обращение» (святой Златоуст).

      бб) Как Апостол, могу пользоваться содержанием от верующих (4–14)

      До убеждения в этом Апостол доводит разными доводами. Первый довод берет от примера прочих Апостолов, ст.4–6.

      Стихи 4–6. Еда не имамы власти ясти и пити? Еда не имамы власти сестру жену водити, яко и прочии Апостоли, и братия Господня, и Кифа? Или един аз и Варнава не имамы власти еже не делати?

      Еда не имамы власти ясти и пити? — «Но несмотря на то, что имею власть, я воздерживаюсь. Неужели же он не ел, не пил? Действительно, часто не ел, не пил. Во алчбе, говорит, и жажди… и наготе быхом (2 Кор. 11, 27). Но здесь он разумеет не то, а что? — Мы не едим и не пьем на счет учеников, хотя и имеем право брать от них» (святой Златоуст). «Апостол разумеет: ясти и пити от благовестия. Намерен показать этим, что, имея право, по Владычнему закону, получать необходимую пищу от учеников, продолжал он работать и трудами снискивать необходимое пропитание, ради пользы учеников» (Феодорит).

      Еда не имамы власти сестру жену водити? Под сестрою женою нельзя разуметь супругу; в таком случае достаточно было сказать: жену. Прибавив: сестру, Апостол дал знать, что не разумеет здесь супруги, а женщину из верующих. И в этом случае достаточно бы было сказать — сестру; но чтобы кто не подумал, что это сестра по плоти, прибавил жену. И греческое слово іυЅη означает собственно женщину, а не жену. Кто же такая сестра жена? — «Как за Господом следовали верные жены, снабжавшие учеников необходимою пищею (Лк. 8, 3), так и за некоторыми Апостолами следовали жены, которые показывали в себе горячую веру, привязаны были к их учению, и содействовали божественной проповеди» (Феодорит). Это женщины почтенные и по состоянию, и по возрасту. «Богатые женщины из уверовавших следовали за некоторыми Апостолами, доставляли им необходимые потребности жизни, чтоб они, будучи свободны от попечений об этом, прилежали одной проповеди» (Экумений).

      Яко и прочии Апостоли. Апостолы далеко не все были женаты, — может быть двое, трое. Прочие были безбрачны; и те, когда вышли на проповедь, или даже когда еще позваны были Господом, оставили все брачное и житейское, как Апостол Петр и свидетельствовал пред Господом: се мы оставихом вся. Слово: водити надо понимать в таком смысле: позволяли ходить за собою, не запрещали им промышлять о себе. Со стороны смотрящий на них точно может подумать и сказать, что водят за собою.

      И братия Господня — разумеются или дети Иосифа от первой жены, или двоюродные. О них сказал Евангелист Иоанн, что они еще не веровали Господу, когда Он был на земле, что надо понимать так: не вполне еще веровали, и не все, а некоторые. Потом они все уверовали и усердно посвятили себя на дело проповеди Евангелия.

      Кифа — Апостол Петр. «Видишь ли мудрость святого Павла? Верховного Апостола он поставляет после; самое сильное доказательство помещает на конце, ибо указание на других, делающих это, не было бы столь разительно, как указание на первого Апостола. Впрочем, он указывает не на него одного, а на всех, и как бы так говорит: посмотришь ли на низших, или на высших, все они служат примером. Братия Господа, оставившие прежнее неверие, были также достославны, хотя и равнялись с Апостолами (из 12); посему он и поставляет их посредине, помещая главных прежде и после них» (святой Златоуст).

      Или един аз и Варнава не имамы власти еже не делати? — Не делати, — то есть не трудами рук своих снискивать себе пропитание. Он говорит как бы: «Господь позволил всем проповедующим благовестие от благовестия жити; и мы ли одни лишены сего права?» (Феодорит). «Если все прочее у нас с ними обще, то почему и этому не быть общим? И те, и мы — Апостолы, и свободны, и видели Христа, и совершили, что следует Апостолам: посему и мы имеем право жить без трудов и получать содержание от учеников» (святой Златоуст). — Зачем помянут Варнава, когда в Коринфе с святым Павлом были Сила и Тимофей? — Вероятно коринфянам известно было, что святой Варнава и по разлучении с святым Павлом действовал подобно ему по предмету содержания себя. Святой Златоуст замечает только при сем: «Видишь ли, как душа святого Павла смиренномудра и чиста от всякой зависти, как он не умалчивает о том, кто участвовал в трудах его?»

      Второй довод берет Апостол от «житейских обычаев» (Феодорит).

      Стих 7. Кто воинствует своими оброки когда? Или кто насаждает виноград, и от плода его не яст? Или кто пасет стадо, и от млека стада не яст?

      «Приведши сильнейшее доказательство — пример Апостолов — на то, что можно делать это (не трудами рук питаться), он теперь обращается к сравнениям и общепринятым обычаям и говорит: кто воинствует своими оброки? Посмотри, как приличны настоящему предмету приводимые им сравнения, и как он упоминает наперед о деле, соединенном с опасностями, — о воинской службе, оружии и войне. Таково и апостольство, и даже гораздо труднее. Ибо у Апостолов была брань не только с людьми, но с бесами и с предводителем их. Смысл слов его следующий: если и внешние (языческие) начальники, жестокие и несправедливые, не требуют от воинов, чтобы они шли на войну и подвергались опасностям, и между тем содержали сами себя; то возможно ли, чтобы Христос требовал этого (от Апостолов)? Он не довольствуется одним сравнением, — ибо простой грубый человек скорее убеждается, когда видит, что заповеди Божии согласны с общепринятыми обычаями; но приводит другое и говорит: кто насаждает виноград и от плода его не яст? Первым он выразил опасности, а другим — труд, ревность и усердие. Потом присовокупляет третье сравнение: кто, говорит, пасет стадо, и от млека стада не яст? Этим означает великую заботливость, какую свойственно иметь учителю об учениках. Апостолы были и воины, и земледельцы, и пастыри, имевшие дело не с землею, не с бессловесными животными, не с чувственными врагами, а с разумными душами и с бесовскими ополчениями. Заметь, как Апостол везде соблюдает соразмерность, стараясь сказать только полезное, а не излишнее. Не сказал: какой воин служит и не богатеет? но: кто воинствует своими оброки когда? Не сказал: кто насадив виноград, не извлекает золота, или не собирает всего плода? но: от плода его не яст? Не сказал: кто, пася стадо, не продает агнцев? Но как? — И от млека стада не яст? Не от агнцев, а от млека; выражает, что учитель должен довольствоваться малым утешением и одной только необходимою пищей. И не это одно внушает Апостол такими сравнениями, а показывает и то, каков должен быть священник. Он должен иметь мужество воина, трудолюбие земледельца и попечительность пастыря, — и при всем том не желать ничего, кроме необходимого» (святой Златоуст).

      Третий довод берет Апостол из прообразовательного значения постановления закона Моисеева о незаграждении уст вола молотяща–9–10. «Доказав и примером Апостолов, и сравнениями из обыкновенной жизни, что учителю не запрещено брать, святой Павел приступает к третьему доказательству, и говорит» (святой Златоуст).

      Стих 8. Еда по человеку сия глаголю? Не и закон ли сия глаголет?

      «Доселе он ничего не приводил из Писаний, а ссылался на общепринятые обычаи; посему не подумайте, говорит, что я основываюсь на этом одном и утверждаю заповедь на мнении человеческом; я могу доказать, что так угодно Богу и привести древний закон, который повелевает то же. Здесь он продолжает речь вопросом, как бывает в беседе о чем-нибудь, совершенно известном, и говорит: еда по человеку сия глаголю? То есть разве я основываюсь только на человеческих обыкновениях? Не и закон ли сия глаголет? (святой Златоуст).

      Стих 9. В Моисеове бо законе писано: да не заградиши устен вола молотяща. Еда о волех радит Бог? (Втор. 25, 4).

      На Востоке молотят волами. Разбросают на току пшеницу или ячмень снопами развязанными и водят по ним волов, пару, две и три. Они ногами своими изомнут все в мелкие частицы. Тогда отвеют, и зерно получат. Этих молотящих волов уста закон запрещал завязывать. Это можно применить и ко всем трудящимся. Святой Павел применяет это к Апостолам, трудящимся в проповеди, давая мысль, что если б ученики не содержали Апостолов, то это похоже было бы на то, как жестокий хозяин заграждал бы уста молотящих волов, что закон запрещает. Законность наведения основывается на том, что закон ветхий во всех своих частях прообразовал предметы духовные, долженствовавшие явиться в благодатном царстве Христовом. Все постановления точно таковы, что в них духовная жизнь предызображается явственно, как в зеркале. Святой Златоуст говорит на это: «Для чего Апостол упоминает об этом (незаграждении устен у молотящих волов), когда имеет пример иудейских священников? Дабы сильнее доказать свою мысль. Потом, дабы кто не возразил, какое нам дело до того, что сказано о волах, обстоятельно объясняет это и говорит: еда о волех радит Бог? Неужели же Бог не печется о волах? Печется, но не столько, чтобы постановлять о них особый закон (разуметь надо: о них одних, — без применения). Если бы Бог не имел в виду чего-нибудь важнейшего, если бы не хотел примером бессловесных научить иудеев человеколюбию и вместе с тем напомнить им об учителях, то не оказал бы такого попечения о волах, чтобы предписывать закон о незаграждении уст их. (Предписывая последнее, имел в виду первое.) Отсюда видно, как велик есть и должен быть труд учителя, и еще нечто. Что же такое? — То, что сказанное в Ветхом Завете касательно попечения о животных преимущественно относится к назиданию людей, равно как и все другое, например, сказанное о разных одеждах, о виноградниках, о семенах, о том, чтобы не засевать землю разными семенами, о проказе, и, можно сказать, обо всем прочем. Так как слушатели были люди грубые, то он говорит им так, чтобы приводить их к разумению мало-помалу. Впрочем, Апостол не доказывает того, что ясно и очевидно само по себе. Ибо сказав: еда о волех радит Бог, продолжает:

      Стих 10. Или нас ради всяко глаголет? Нас бо ради написася, яко о надежде должен есть оряй орати, и молотяй с надеждою своего упования причащатися.

      Или, говорит, под образом волов, это о нас говорит закон? Или всяко о нас? — Всяковставлено, чтоб в вопросе предуказать и ответ, решительно утвердительный, не допускающий никаких возражений (святой Златоуст). Потом все-таки прибавляет: да, это о нас написано, — никакого сомнения нет, что о нас. Что же написано? — Не то, что следует: яко должен есть оряй орати и проч., а что сказано впереди: да не заградиши устен вола молотяща. Здесь же после написано приложено прообразовательное истолкование того закона, только опять не простым словом, а метафорою (святой Златоуст). Вместо того, чтобы сказать: да, о нас это написано, в той мысли, чтоб мы возделывали души ваши и сеяли в них семена истины, и затем всячески вас направляли к тому, чтобы вы приносили плод, не беспокоясь о своем содержании, — подобно тому, как возделывающий землю, возделывает ее в надежде, что она даст ему плод, и молотящий молотит в полной уверенности, что вкусит хлеба, — вместо того, чтобы так полно описать мысль свою, Апостол берет одно последнее сравнение и его выставляет, давая самим читающим разуметь, что под этими образами он разумеет проповедников слова. «Словами: о надежде должен есть оряй орати, Апостол то же сказал, что: учитель должен получать возмездие за труды» (святой Златоуст). Тем, что поместил в слове и орание — начало дела, и молотьбу, почти конец его, — он показал непрерывность труда Апостолов над верующими, то есть что не так они действуют, чтоб посеял слово, и все тем сделал. Нет; но продолжают бдеть над ними и трудиться, чтоб выбить из них все доброе и отвеять от них все недоброе. «От сеяния он переходит к молотьбе и тем внушает, как велики труды учителей, которые и пашут, и молотят» (святой Златоуст). Последние слова: и молотяй, и проч., можно читать так: и молотящий молотит в надежде причаститься упования своего, то есть того, чего он чаял с тех пор, как начал орать и сеять; дело к концу подходит, близко время, когда он вкусит плода трудов своих. «Таким образом, закон о незаграждении уст вола молотящего означает не что иное, как то, что трудящиеся учители должны получать вознаграждение» (святой Златоуст).

      «Вот и четвертое доказательство того, что надобно доставлять пропитание учителям» (святой Златоуст). Довод из существа дела проповеди.

      Стих 11. Аще мы духовная сеяхом вам, велико ли, аще мы ваша телесная пожнем?

      «Апостол приводит новую основательнейшую причину, почему они имеют право брать именно ту, что они не только трудятся, но и сами доставляют ученикам гораздо важнейшее» (святой Златоуст). Мы, говорит, сеем духовное, велико ли, если пожнем телесное. «Дав гораздо большее, погрешаем ли, если берем гораздо меньшее?» (Феодорит). «Видишь ли причину, справедливейшую и основательнейшую прежних? Там, говорит, вещественные семена, вещественный и плод; а здесь не так, но семя духовное, а воздаяние вещественное. Дабы доставляющие что-нибудь учителям не думали о себе много, он показывает, что они больше получают, нежели дают. Земледельцы что посеют, то и пожинают; а мы сеем в душах ваших духовное, а пожинаем вещественное, ибо такова доставляемая нам пища» (святой Златоуст). Вкушающие духовных благ от веры и сами собою готовы бывают все отдать тем, которые привели их в причастие сих благ. Ибо вера Христова — не голая теория, а дело обновления души, которое тотчас и ощущается. Ощутивший же его сознает, что сподобился блага, которому цены нет на земле. Как не будет такой готов всем делиться с своим просветителем?!

      Стих 12. Аще инии власти вашея причащаются, не паче ли мы? Но не сотворихом по области сей, но вся терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову.

      Усиливает значение предыдущего повода для коринфян, припоминая, что делают они для других, или как у них иные пользуются подобным правом получать от них или брать с них. Он хочет сказать, что если б мы у вас захотели пользоваться своим правом, то вы не могли бы против этого ничего сказать не по существу только дела, но и по тому, что бывает у вас с иными. Кто сии иные? Апостол не определяет их ничем; но кто бы они ни были, больше того, что доставляют Апостолы, никто доставлять не мог. Если б даже эти иные не худое что доставляли, и тогда Апостол мог сказать: не тем ли паче мы? Если ж это были какие-нибудь смутители, то этому паче и меры нет. Святой Златоуст разумеет здесь лжеучителей каких-то, о которых во втором послании писал святой Павел: поядают вас, отъемлют, величаются, по лицу биют (2 Кор. 11, 20). Строго определять, впрочем, кто сии иные, не настоит надобности. Ибо не в качестве их сила, а в том, что они пользовались содержанием и некоторыми выгодами от коринфян, между тем как не могли идти в сравнение с Апостолами. Слова: власти вашея, значат: власти над вами, или над вашим, или права своего на ваше; причащаются — пользуются. Власть — право, как выше: или не имеем власти сестру-жену водити, или не имамы власти, еже не делати? Святой Златоуст видит в этом указание на дерзость, насилие и корыстолюбие пользовавшихся властию. «Они управляют вами, показывают власть над вами, поступают с вами, как с рабами, не только берут с вас, но и с великим настоянием и дерзостию. Очевидно, что он намекает на каких-то зловредных людей и обольстителей. Но как бы то ни было, всяко из сего обстоятельства выходило: вы и сами у себя постановили и имеете правилом доставлять содержание. Не паче ли нам? Не паче ли нам доставили бы вы его, если б мы того захотели?»

      Но не сотворихом по области сей. «То есть мы не брали. Смотри, после сколь многих доказательств того, что брать им не есть дело беззаконное, он наконец сказал им: мы не берем, дабы не подумали, что он воздерживается от этого, как от запрещенного. Не потому, говорит, я не беру, что не позволительно; это позволительно, как я доказал многими доводами: примером Апостолов, примерами житейскими, как то: воина, земледельца, пастыря, законом Моисеевым, самым существом дела, — так как мы духовная сеяхом вам, и наконец тем, что вы сами делаете это в отношении к другим. Позволительно; но мы не сотворихом по области сей, сами по своей воле воздерживались от этого, не как от запрещенного. Впоследствии он выразил это яснее в словах: не писах же сия, да тако будет о мне (1 Кор. 9, 15); а здесь говорит: не сотворихом по области сей. И притом, что еще важнее, никто не может сказать, будто мы не сотворихом потому, что жили в изобилии; нет, быв в нужде, мы не уступили нужде. То же он говорит во втором послании: и пришед к вам, и в скудости быв, не стужих ни единому (2 Кор. 11, 8); также и в настоящем послании: и алчем, и жаждем, и наготуем, и страждем (1 Кор. 4, 11). И здесь опять намекает на то же словами: но вся терпим. Ибо выражение вся терпим означает и голод, и нужду, и все другие бедствия. Однако все это, говорит, не принудило нас нарушить закон, который мы сами для себя постановили. Почему? — Да не прекращение (µіκοА·Ѕ — пресечение) кое дамы благовествованию Христову. Коринфяне были немощны; посему, говорит, дабы не соблазнить вас, принимая от вас возмездие, мы решились лучше делать более, чем сколько заповедано, нежели полагать какую-либо преграду благовествованию, то есть научению вас. Не сказал: уничтожение, но: прекращение (пресечение, преграду), и не просто прекращение, но прекращение кое, то есть дабы не причинить ни малейшего замедления и остановки в распространении слова» (святой Златоуст).



      Данный материал подготовил
      Дмитрий Иванин преподаватель библейского колледжа «Наследие» 

       

        Вы можете ответить на вопросы в комментариях 


      0
      Юрий
      Прощать нужно, ДА Да и ДА:

      - во первых это заповедь
      - во-вторых это учит прощенных потом прощать своих обидчиков
      - в-третьих это выводит обиженного, освобождает его из состояния в котором он считает себя обиженным и оскорбленным.
      Справедливость восстановиться при прощении тогда, когда самому необходимо будет прощение, а это обязательно будет. Прощать - значит не желать обидчику тог что испытал сам. Я думаю что мне поможет прощать осознание того что и мне понадобиться прощение , а также вера в Бога  и его милость ко мне на Страшном Суде за мое прощение кого то. Если человек не просит прощения его все равно нужно прощать т.к. не пришло еще время понять ему что прощенье он просит у Бога. Простить не только умом ,но и сердцем поможет Господь в молитве.
      0
      Светлана
      Как сложно учиться великодушию, учиться прощать. Мы, насквозь пропитанные гордыней, утонувшие в мирской суете, так ничтожны в своих попытках изменить самих себя. Нам остается только просить помощи Божией и надеяться только на Его милосердия, чтобы дал нам разума и помог стать лучше, чтобы понять другого человека, увидеть его самого как образ и подобие Божие, и отделить от него его грех, чтобы суметь простить, даже тогда, когда он этого не просит: ибо не ведают, что творят. Вспомнить о своих грехах, ибо нет безгрешных людей на земле. Все мы грешные, один только Бог безгрешен и непорочен. Прости Господи нам грехи наши вольные и невольные, ведомые и неведомые!
      0
      Екатерина
      Если бы мир остался тем же и люди теми же - обманывали, крали, враждовали - но все прощали друг друга, насколько было бы лучше жить в таком мире! Насколько в нём было бы меньше зла и страдания! Не страдали бы те, кто сейчас не прощает - им зло, даже самое большое, причиняло бы боль лишь вскоре после того, как свершилось, а после - оставалось в прошлом. Ведь те, кто, даже не строя планов мести, просто копит обиды, продолжает страдать от того, что давным-давно прошло. Они так и живут - обманутыми, оболганными, ограбленными, оскорблёнными... Но если бы только лишь не платили злом за зло, не искали справедливого возмездия - сколько ссор, разрывов, разрушений, убийств и даже войн не совершилось бы! Сколько раз в истории словно раскручивался маховик - начиная с малого. "И запылал огонь войны. и две страны разорены, и поле некому косить, и мёртвых некому носить" - не было бы подобного, если бы хоть кто-то остановился и сказал: нет, я больше отвечать не буду, хватит мести, хватит умножать страдание и смерть. Всё было бы проще: поругались - помирились, как у детей бывает.
      А ещё - сколько прощённых исправились бы! Сколько раз те, кто совершил преступление случайно, легкомысленно, под чужим влиянием - озлоблялись из-за того, что их делали изгоями, вешали на них ярлык, например, вора. Или отчаивались: теперь уж ничего не попишешь, честные люди меня уже не примут, остаётся только катиться по кривой дорожке. Сколько бы устыдилось и тех, кто делает зло неслучайно: меня принимают, мне помогают,  со мной говорят как с другом, а я в ответ что творю?
      А кто не устыдился бы? Наверное, обманывал, притеснял, крал безнаказанно. Только вот... разве сейчас, при всех наших карательных мерах, такого не бывает? Самих желающих так поступать оказалось бы куда меньше, и они едва ли смогли бы набрать себе много подручных. Думаю, преступники бы остались, а вот криминальный мир как явление наверняка исчез бы.
      Если бы мы всего лишь научились прощать друг друга - и просить прощения тоже...
      0
      Елена
      Спаси Господи! Очень помогают толкования святых отцов понять глубже смысл Евангелия.
      0
      iliotropion2006@ya.ru
      Предыдущее сообщение было моим :-)
      0
      Денис
      Здравствуйте!
      Как связаться с редактором раздела Евангельских групп? Писал дважды на tanuwa77@predanie.ru, ответа, к сожалению, так и не получил.

      Оставить отзыв

      Текст сообщения*
      Защита от автоматических сообщений

      ВКонтакт Facebook Одноклассники Twitter Яндекс Livejournal Liveinternet Mail.Ru