Банер участника Конкурса Христианских сайтов 2015 на bible8.eu

Неделя 18-ая по Пятидесятнице, неделя по Воздвижении — о несении креста и самопожертвование.

Библейские тексты.jpg  


   Евангельское чтение 

Евангелие от Марка, главы 8-9 

34 И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною. 
35 Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее. 
36 Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? 
37 Или какой выкуп даст человек за душу свою? 
38 Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами.» 
1 «И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе.»

(Мк. 8:34-38;9:1)


Евангелие от Иоанна, глава 20    

1 В первый же день недели Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было еще темно, и видит, что камень отвален от гроба.
2 Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его.
3 Тотчас вышел Петр и другой ученик, и пошли ко гробу.
4 Они побежали оба вместе; но другой ученик бежал скорее Петра, и пришел ко гробу первый.
5 И, наклонившись, увидел лежащие пелены; но не вошел во гроб.
6 Вслед за ним приходит Симон Петр, и входит во гроб, и видит одни пелены лежащие,
7 и плат, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый на другом месте.
8 Тогда вошел и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел, и уверовал.
9 Ибо они еще не знали из Писания, что Ему надлежало воскреснуть из мертвых.
10 Итак ученики опять возвратились к себе.

(Ин. 20:1-10)



  Апостольское чтение

Послание к Галатам, глава 2

16 однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть.
17 Если же, ища оправдания во Христе, мы и сами оказались грешниками, то неужели Христос есть служитель греха? Никак.
18 Ибо если я снова созидаю, что разрушил, то сам себя делаю преступником.
19 Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога. Я сораспялся Христу,
20 и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня.

(Гал. 2:16-20)



  Вопросы на понимание текста, для размышления над отрывками

(при поиске ответов, стоит заглядывать в параллельные места, если они есть
  • Как вы понимаете «отвергнись себя»?
  • Как вы понимаете «возьми свой крест»?
  • Что такое «потерять душу» и «приобрести душу»?
  • Как вы понимаете слова «...ради Меня и Евангелия,..» 
  • Как мы можем постыдиться Христа и Его слов?
  • Хотите ли вы идти за Иисусом?
  • Что вам приходится претерпевать ради этого, сражаясь с грехом?
  • Что вы не делаете из того, что должны делать и что самое легкое, что вы можете начать делать?
  • О каких плодах подразумевается в текстах?
  • Какие плоды может принести Богу наша группа в течение ближайшего месяца? (ответ можно выписать на большой лист бумаги и повесить в помещении, где проходит группа)
  • Что я могу сделать за эту неделю, чтобы принести Богу плод? (ответ записать в личный блокнот)

  • Ответьте на вопросы (Апостольское чтение)

    • Каким образом власть Павла жить на пожертвования галат могла бы быть препятствием к благовествованию?
    • Как вы относитесь к мысли, что проповедник, апостол, священник имеет право жить на пожертвования тех, кого он духовно окормляет?
    • Когда вы что-то делаете, есть ли у вас надежда добиться успеха?
    • Есть ли что-то, о чем вы знаете, что вы имеете на это полное право, но готовы этим поступиться ради любви к другим людям?
    • А вы что думаете по поводу этих отрывка?
    • Как вы понимаете стих 17?
    • Как вы относитесь к тому, что именно Бог утверждает нас во Христе?
    • Радуется ли кто-то о вас и вашем продвижении в христианской жизни?
    • Что нового вы узнали поняли из толкований?
    • Чему это вас научило?
    • Что важного вы получили при чтении и размышлении над отрывками, при ответах на вопросы и чтении толкований?
    • Чему вы научились благодаря размышлению над текстом, ответах на вопросы и чтении толкований?Представьте, как изменилась бы ваша жизнь, если бы ваша вера была больше, чем сейчас.

      Ответить на вопросы, поделиться своими размышлениями можно в комментариях
                    

      ____

      О несении креста и самопожертвовании2.jpgСегодняшнее воскресенье называется Неделей по Воздвижении – это первое воскресенье после праздника Воздвижения Честнаго и Животворящего Креста Господня. И Святая Церковь в этот день снова напоминает нам слова Христовы о крестоношении, о необходимости взять крест свой и последовать за Господом Иисусом Христом. Господь говорит: кто хочет спасти душу свою, тот погубит ее, а кто погубит душу свою ради Меня и Евангелия, тот спасет ее. Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, все блага этого мира, а душе своей повредит?..

      Действительно, какой выкуп даст человек за душу свою?. Душа больше всех сокровищ земли. Все блага земли недостойны даже былинки в Царствии Божии. Святые отцы учат, что душа больше тела, и даже не вмещается в границы нашего тела. И для того, чтобы спасти душу, необходимо отвергнуться себя. Под словом «себя» Господь имеет в виду все блага мира – удовлетворение плоти, похоти, сладострастия, тщеславия, гордыни, превозношения себя над другими. Действительно, нужно настолько смирить себя ради Бога, ради Евангелия, нужно настолько послужить Христу в уничижении, смирении, что… кажется, «погубить себя».

      Вот таким путем шли святые угодники Божии. Они отрекались от мира, от всего, шли узким путем. А Господь и говорит о необходимости идти узким путем, потому что именно узкий путь ведет в Царство Божие. Широкий же путь ведет в погибель. Когда говорят: живи как все, будь как все – значит, говорят именно об этом, о погибели.

      Вот мы читаем Евангелие (многие его даже несколько раз уже прочли), мы слушаем проповеди, а жизнь наша не меняется. От чего это происходит? От того, что ум наш и ухо воспринимают слово, а сердце жесткое не пускает его в себя.

      ___

           Прочтите толкования:

      Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице(Евангельское чтение)



        Крейг Кинер. Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице 

      Ин. 20:1–10 Обнаружение пустого гроба

      Кое-кто сомневался в правдивости истории о пустом гробе, поскольку у Павла об этом прямо ничего не говорится (хотя он это подразумевает; ср.: 1Кор. 15:3,4), но ученики не смогли бы твердо заявлять о «воскресении в Иерусалиме, если бы тело Иисуса еще покоилось в гробу. Хотя древние законы освидетельстве отличаются от современных (они в большой степени зависели от вероятности), древние, равно как и современные свидетели, едва ли поставили бы на карту свою жизнь, прежде чем сами не обследовали гробницу! Учитывая, как быстро становились в древности объектом поклонения святые места, следует признать, что верующие в воскресение должны были, по меньшей мере, сами проверить гробницу. Те изсовременных критически настроенных богословов, которые полагают, что первые ученики имели в виду только некое религиозное переживание, а неˆвоскресение Иисуса в теле, привносят в «Новый Завет представления современной культуры; «воскресение» означало телесное воскресение и ничто иное, и никто не стал бы преследовать учеников за то, что они имели некое духовное переживание. Вера в духов и призраков была широко распространена и не причинила бы им никаких неприятностей.

      Ин. 20:1. Самый близкий родственник должен был оставаться дома, соблюдая траур в течение семи дней; Мария Магдалина, которая испытывала такую же скорбь, как и члены семьи, тоже могла бы остаться дома, если быне необходимость завершить работу, оставленную из-за наступления субботы (19:42). Но известно, что во время траура евреи, как и язычники, навещали могилы в течение трех дней после похорон.

      Первый день недели начинался с заходом солнца – в то время, которое мы бы назвали субботним вечером, следовательно, суббота закончилась за несколько часов до того, как Мария приблизилась к гробнице. Тотфакт, что Мария пришла к гробу до наступления утра, говорит о ее горячей преданности и любви к Иисусу. Камни в форме дисков обычно прикатывали к входу в гробницу, и они были такими тяжелыми, что сдвинуть один такой камень было под силу только нескольким человекам.

      Ин. 20:2,3. Вероятность того, что представители власти унесли тело и, может быть, даже бросили его в общую могилу для преступников, была печальной новостью. В древности евреи не считали женщин заслуживающими доверия свидетельницами по многим правовым вопросам (в римских судах их право свидетельствовать также было ограничено, но не в такой степени), поэтому Петр и Иоанн решили сами обследовать гробницу.

      Ин. 20:4,5. Сопоставление персонажей играло важную роль в древней литературе и было распространенным риторическим приемом. Тот факт, что любимый ученик (согласно традиционному представлению, принятому в настоящем комментарии, – сам Иоанн, но, возможно, через анонимность автор характеризует всех учеников Иисуса) бежал быстрее Петра, согласуется с другими эпизодами в этом Евангелии (13:23,24;21:7). Описание выдающихся физических способностей было неотъемлемым элементом жизнеописаний, идеализирующих героев, которым они посвящены (напр., Иосиф Флавий сообщает в своей «Жизни» 15:3, чтоон плавал быстрее всех); проведенное здесь сопоставление показывает, что обычный ученик не менее важен, чем знаменитый Петр.

      Ин. 20:6,7. Если бы тело украли грабители (что случалось чрезвычайно редко), они бы взяли его завернутым в пелены, а если бы оставили их, то в полном беспорядке. В данном же случае пелены были аккуратно сложены. Льняной платок, которым покрывали лицо покойного, был не просто сложен, а «свит», что указывает либо на особую тщательность, либо на то, что он был свернут именно так, как обвивал голову Иисуса, т. е. что тело восстало из обвивавших его пелен и одежды.

      Предположение скептиков о том, что Иисус просто потерял сознание, а затем пришел в себя, никак не объясняет того факта, что Он освободился от стягивавших Его пелен и из запечатанной камнем гробницы, а, кроме того, оставляет без внимания природу смерти в результате распятия: Иосиф Флавий сообщает о трех известных ему людях, снятых живыми с креста, двое из которых умерли, несмотря на медицинскую помощь,поскольку слишком ослабели после распятия.

      Ин. 20:8–10. Вера этого ученика могла основываться на сходстве того, что предстало его взору, с Ин. 11, или на том, что пелены были аккуратно сложены (20:6,7); Иоанн имеет в виду, что ученики уже могли поверить в это из Писаний, если бы поняли их правильно.


      Мр. 8:31–9:1 Иисус разъясняет Свое мессианское предназначение

      Мр. 8:34–37. Крест был орудием страшной казни. «Взять крест» означало нести горизонтальную перекладину до места казни сквозь глумящуюся толпу народа. В возвышенно риторическом стиле Иисус говорит о том, кчему должны быть готовы все истинные ученики: если они последуют за Ним, то встретят презрение и смерть, потому что этот путь ведет к кресту. Но жизнь дороже самого мира, и отдать жизнь в этом мире,чтобы получить ее в грядущем – мудрое Решение (ср.: 2 Вар. 17:2,3; 51:15,16); нет таких сокровищ, за которые можно было бы выкупить жизнь (Пс. 48:8,16).

      Мр. 8:38. Выражение «Сын Человеческий», вероятно, восходит к Дан. 7:13,14. Царство, о Котором мечтали ученики, не замедлит придти; но ему будет предшествовать период великих испытаний и растления мира.Многие в дни Иисуса верили, что канун Царства будет отмечен страданиями и разгулом греха, но Петр вместе с другими учениками предпочитал закрывать на это глаза, считая, что всего этого либо не будет вообще, либо им удастся одержать победу каким-то чудодейственным образом.

      Мр.  9:1. В этом стихе Иисус говорит о грядущей славе, упоминавшейся в предшествующих стихах, свидетелями которой предстоит стать ученикам в 9:2–13. Поскольку Мессия уже явил Себя, слава Его грядущего Царстватоже присутствует рядом.


      Гал. 2:15–21 Доводы Павла в Антиохии

      Павел здесь, по-видимому, обобщает суть своего послания галатам, независимо от того, является или нет этот раздел программным тезисом всей книги (как думает Бец, который классифицирует Послание к Галатам как риторическую речь на суде). Ответ Павла Петру может продолжаться до ст. 21 (как в NIV), хотя точно это установить трудно.

      Гал. 2:15,16. Павел утверждает, что христиане из иудеев тоже обретают праведность по вере, что не дает им никаких преимуществ перед язычниками, которые должны прийти к Богу на тех же условиях. Иудеирассматривали язычников как иных по своей природе, потому что считали, что предки язычников не были освобождены от злых побуждений на Синае, в отличие от Израиля.

      Гал. 2:17,18. Павел затем утверждает, заранее отвергая возможные возражения, что праведность по вере не ведет к грешной жизни. Он использует возражения воображаемого оппонента, чтобы подкрепить свой аргумент, как это было характерно для древней диатрибы.

      Гал. 2:19,20. Сам по себе закон учит Павла пути Христову и смерти его греха во Христе. Самые близкие параллели с божественной силой пребывания Христа в нем обнаруживаются в ветхозаветном учении о наделении Духом Божьим (хотя новозаветные авторы далее развивают это учение).

      Гал. 2:21. Павел продолжает рассуждать о том, что праведность (и перед Богом, и перед людьми) приходит через Христа, живущего в верующем (через Духа – 3:1,2; ср.: 5:13–25). Христу не нужно было бы умирать, если бы спасение можно было обрести иным путем. Иудеи в своем большинстве верили, что все они избраны для спасения в Аврааме, если не проявляли крайнего неповиновения; язычники же, напротив, могут быть спасены без обращения в иудаизм, но достигнуть статуса израильтян, полностью приобщиться к договору-завету, могут только после обращения. Настаивая на том, что праведность достигается только через Христа, Павел утверждает, что иудеи и язычники будут спасены на одних и тех же условиях. 
       


      Прочтите толкования:

      Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)




           Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Гал.2:16. однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть.

      Смотри, как просто все говорится. Мы оставили закон не потому, что, он недобр, а потому, что он немощен и не в состоянии оправдать. Ибо никто не мог исполнить его дел, трудных и неудобоисполнимых, не по причине их величия, но скорее вследствие мелочности; или иначе, потому что он души не освящал, но только телесную нечистоту удалял. Итак, обрезание излишне. А впереди скажет, что оно даже опасно, потому что отчуждает от Христа.

      Гал.2:17. Если же, ища оправдания во Христе, мы и сами оказались грешниками, то неужели Христос есть служитель греха?

      Мы старались обрести, говорит он, оправдание во Христе, оставив закон. Как же вы говорите, что грешно оставлять закон: ведь выходит, что в такой грех ввел нас Христос, так как ради Него мы оставили все законное. Таким образом Христос, как вы говорите, не только не оправдал нас, но даже сделался для нас виновником большего осуждения тем, что убедил нас отступить от закона.

      Никак.

      Доведя речь до нелепости, он не имел уже нужды в подтверждении, но удовольствовался одним отрицанием, что обыкновенно всегда он делал в предметах вообще спорных.

      Гал.2:18. Ибо если я снова созидаю, что разрушил, то сам себя делаю преступником.

      Заметь его мудрость: они говорили, что нарушающий закон есть преступник, а он, напротив, показывает, что соблюдающий его есть преступник, идущий не только против веры, но и против самого закона. Ибо сам закон привел меня к вере и убедил оставить его. Впереди он укажет на это, а теперь пока говорит, что закон престал, и это мы засвидетельствовали тем, что разрушили его, отступив от него. Итак, если бы стали мы усиливаться восстановить его, то оказались бы преступниками, восстановляя то, что разрушено Богом.

      Гал.2:19. Законом я умер для закона,

      Объясняет, каким образом он оставил закон, и говорит: посредством закона благодати и Евангелия я умер для закона Моисеева, или умер, говорит он, для закона посредством закона; то есть сам закон привел меня к тому, чтобы более не соблюдать его, приведши меня ко Христу посредством Моисеева и пророческого слова. Поэтому, если я опять стану соблюдать его, – опять нарушу его. Или же таким образом: закон повелевал не исполняющего его предписаний наказывать и убивать. А так как он не мог быть выполнен, то по силе его я подвергся смерти. Посему да не повелевает он мной, как уже умершим и душевно, потому что согрешил, не будучи в состоянии исполнять дел закона, и телесно, поскольку это зависело от осуждения законом. Как же после этого я буду еще держаться того, который умертвил меня?

      чтобы жить для Бога. Я сораспялся Христу,

      Чтобы кто-нибудь не сказал: как же ты живешь, когда умер? – он говорит, что хотя закон умертвил меня живого, но Христос, обретши меня мертвым, оживил меня, мысленно сораспявшегося Ему и умершего с Ним чрез крещение. Сугубое чудо: оживотворил мертвого, и оживотворил чрез смерть.

      Гал.2:20. и уже не я живу, но живет во мне Христос.

      Словами «я сораспялся Христу» указал на крещение, а словами «уже не я живу» – на жизнь после сего, чрез которую умирает наше тело. «Но живет во мне Христос», то есть в нас ничего нет, что не угодно Христу, но Он все совершает в нас, управляя и господствуя. И наша воля умерла, а живет Его и управляет нашей жизнью. Итак, если я живу для Бога жизнью, отличной от жизни в законе, и умер для закона, то я не могу ничего соблюдать из закона.

      А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия,

      То, что я сказал, сказал о духовной жизни, но и чувственную жизнь ты найдешь во мне, сущую от Христа. Ибо и закон нарушаемый всех подверг греху и наказанию, и ничто не препятствовало, как во времена потопа, всем погибнуть как преступникам; но явившийся Христос избавил нас от осуждения, оправдав Своею смертью. Так что и это самое – жизнь чувственную и плотскую – мы имеем чрез веру во Христа, – веру, оправдывающую нас и избавляющую от осуждения.

      возлюбившего меня и предавшего Себя за меня.

      Хотя Он за всех предал себя и всех возлюбил, но Павел, размыслив, от чего освободил нас Христос и что даровал, и возгоревшись любовью, общее приписывает себе, как и пророки говорят: «Боже, Боже мой». А вместе с тем и показывает, что каждому должно оказывать Христу такую благодарность, как если бы Он умер ради него одного. Но воспользовались этими благодеяниями только те, которые уверовали в Него. Так что держащийся закона показывает, что Христос не умер для него. Как же ты не страшишься сего, но опять возвращаешься к закону, являя бесполезной для тебя смерть Господа. И заметь выражение «предавшего Себя» – ради ариан.



      Прочтите толкования:

      Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)


        Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Ин.20:1. В первый же день недели Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было еще темно, и видит, что камень отвален от гроба.

      «Единою от суббот» евангелист называет тот день, который мы называем Господним. Ибо субботою называет седмицу дней, а «единою от суббот» – первый день. В сущности всякий день есть один. Но один, взятый много раз и сложенный, составляет многие. Так, первый день есть один, дважды взятый есть второй, трижды – третий и так далее. Такой день есть образ будущего века, который есть один день, ни ночью не пресекающийся, ни полдня не имеющий. Бог есть Солнце его, никогда не заходящее. Как Господь воскрес в этот день, тленное Свое тело сделав нетленным, так и мы в будущем веке получим нетление.

      Итак, в первый день седмицы «приходит Мария Магдалина». Так как суббота прошла, и законом уже не воспрещалось движение, она отправляется, желая найти некоторое утешение от места погребения Господа.

      Ин.20:2Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его.

      И, увидевши камень отваленным от гроба, с большою поспешностью идет к Петру и Иоанну. Господь воскрес тогда, когда камень лежал еще на месте, и печати были целы. Но как нужно было кому-нибудь быть свидетелями воскресения и войти во гроб, то камень отвален Ангелом. Мария, ничего еще не знающая о воскресении, называет это событие похищением и переложением.

      Ин.20:3Тотчас вышел Петр и другой ученик, и пошли ко гробу.

      Затем ученики приходят ко гробу и видят лежащими одни пелены; а это было знаком истинного воскресения. Ибо, если бы кто-нибудь переложил тело, тот не обнажил бы его; и если бы кто украл, тот не позаботился бы свивать плат и класть отдельно на особом месте, но взял бы тело просто, как было можно. Посему евангелист предварительно сказал, что тело Христово погребено было со многою смирною, которая не хуже смолы приклеивает пелены к телу, чтобы мы, когда услышим, что плат лежал на особом месте, нисколько не верили тем, которые говорят, будто тело Христово украдено. Ибо вор не был бы так глуп, чтобы на дело излишнее употреблять столько старания и не подозревать, что чем долее будет им заниматься, тем скорее может быть пойман.

      В котором часу последовало воскресение, о том никто не знает, подобно как неизвестно и время второго пришествия. Если евангелист Матфей говорит, что землетрясение совершилось в глубокий вечер, а Иоанн говорит, что Мария пришла и увидела отваленный камень утром, когда было еще темно, то в этом нет разногласия. Ибо, во-первых, по Матфею, поздно в субботу пришли женщины, а у Иоанна теперь не упоминается о женщинах, когда сказал об этом Матфей, излишне было бы о том же говорить и Иоанну; но Мария Магдалина приходит утром. Различны пришествия ко гробу: то Мария приходит с прочими женами, то одна только она. Отсюда и представляется разногласие между евангелистами, что они говорят о разных приходах, каждый о своем. Так, во-первых, говорим, что Матфей говорит об одном приходе – жен, а Иоанн о другом, о приходе жены – Магдалины. Потом, глубокий вечер и утро, «когда еще темно», что иной назвал бы глубоким утром, совпадающим в одно и то же, так что все это время есть средина ночи.

      Если спросишь, каким образом Петр и Иоанн, и жены входили во гроб, когда тут были стражи, то ответ простой, что когда Господь воскрес и с землетрясением предстал при гробе Ангел, тогда стражи ушли объявлять об этом фарисеям и, таким образом, гроб освободился от военной стражи, и ученики бесстрашно могли приходить.

      Ин.20:4Они побежали оба вместе; но другой ученик бежал скорее Петра, и пришел ко гробу первый.

      Ин.20:5И, наклонившись, увидел лежащие пелены; но не вошел во гроб .

      Примечай, пожалуй, смирение евангелиста, с каким он свидетельствует о тщательности исследования Петрова. Сам он пришел прежде, увидел лежащие пелены и ничего более не исследует, но дожидается Петра.

      Ин.20:6. Вслед за ним приходит Симон Петр, и входит во гроб, и видит одни пелены лежащие,

      Ин.20:7. И плат, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый на другом месте.

      А пламенный Петр вошел внутрь гроба и тщательно осмотрел все.

      Ты же пойми, как Петр деятелен и горяч, а Иоанн проницателен и способен к уразумению Божественных предметов. Чисто созерцательный предваряет знанием и даровитостью, а деятельный отстает, однако же, усердием и старанием побеждает остроту его, и деятельный первый усматривает какую-нибудь Божественную тайну. Не подобное ли нечто бывает и в науках? И здесь из двоих мальчиков малоспособный и медленный старанием превосходит того, который по природе быстрее и способнее. Так и в духовных предметах деятельный и неискусный в слове нередко понимает лучше, чем созерцательный.

      Ин.20:8. Тогда вошел и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел, и уверовал.

      Тогда и он (Иоанн), вошел после него (Петра), увидел погребальные пелены лежащими отдельно одни от других, и уверовал, впрочем, не тому, что Господь воскрес, а тому, что Его украли. Он поверил словам Марии, что взяли Господа.

      Ин.20:9. Ибо они еще не знали из Писания, что Ему надлежало воскреснуть из мертвых.

      Почему же поверил Марии, а не помыслил о воскресении? Потому, что они еще не знали «Писания, что Ему надлежит воскреснуть из мертвых», и поверили Марии, подозревавшей похищение и переложение тела.

      Ин.20:10. Итак ученики опять возвратились к себе.

      Итак, они возвратились к себе, то есть сами по себе, ничего более не узнавши.


      Мр. 8:31–9:1Иисус разъясняет Свое мессианское предназначение

      Мр. 8:31. По всему древнему греко-римскому миру бытовало поверье, что перед смертью] человек может предсказать будущее, и многие считали, что святые способны предвидеть время и обстоятельства своей смерти. Но к Иисусу это не имеет никакого отношения; некоторые комментаторы предлагают иное толкование Его предвидения. Зная характер религиозных властей и их вероятную реакцию на Его действия в храме (11:15–18), Иисус мог предугадать подобную развязку: фактически, Он навлек на Себя смерть. Некоторые из читателей Марка, возможно, рассуждали так же; но есть еще одно обстоятельство, позволяющее дать более глубокое объяснение очевидным фактам. Слова Иисуса определяются миссией, которую Ему предстоит исполнить в свете ветхозаветного пророчества (Ис. 52– 53:12).

      Мр. 8:32. Новозаветные авторы истолковывали некоторые ветхозаветные тексты как относящиеся к страдающему Мессии, но большинство евреев в I в. не признавали, что они указывают на Мессию, который будет царствовать в Израиле. Большинство евреев верили в воскресение всех праведников в конце времен и в установление Царства под властью назначенного Богом царя. Объяснение Иисусом Своей миссии в 8:31, таким образом, кажется Петру противоречащим его собственному исповеданию Иисуса Мессией в 8:29.

      Мр. 8:33. Первоначально слово «сатана» означало «враг» и могло использоваться во множественном числе (хотя это встречается редко); но в раннехристианской литературе и древнейших еврейских писаниях это имя относится к дьяволу. Иногда говорят, что некто действует подобно какой-то известной личности (напр., Иоанн «в духе и силе Илии» – Лк. 1:17), и Иисус здесь, по-видимому, использует сходную гиперболу: как и сатана, Петр предпочитает земное божественному (ср.: Мф. 4:8–10). Называя Петра именем главного искусителя и обвинителя, Иисус подчеркивает серьезное заблуждение Своего ученика в этом вопросе.

      Ученику надлежит находиться «позади» учителя, «следовать» за ним; возможно, словами «отойди от Меня» Иисус ставил Петра на место, соответствующее его подчиненному положению. В греческих ученых кругахчеловека могли упрекнуть за приземленное мышление, неспособное возвыситься до божественных предметов.

      Мр.  8:34–37. Крест был орудием страшной казни. «Взять крест» означало нести горизонтальную перекладину до места казни сквозь глумящуюся толпу народа. В возвышенно риторическом стиле Иисус говорит о том, кчему должны быть готовы все истинные ученики: если они последуют за Ним, то встретят презрение и смерть, потому что этот путь ведет к кресту. Но жизнь дороже самого мира, и отдать жизнь в этом мире,чтобы получить ее в грядущем – мудрое Решение (ср.: 2 Вар. 17:2,3; 51:15,16); нет таких сокровищ, за которые можно было бы выкупить жизнь (Пс. 48:8,16).

      Мр.  8:38. Выражение «Сын Человеческий», вероятно, восходит к Дан. 7:13,14. Царство, о Котором мечтали ученики, не замедлит придти; но ему будет предшествовать период великих испытаний и растления мира.Многие в дни Иисуса верили, что канун Царства будет отмечен страданиями и разгулом греха, но Петр вместе с другими учениками предпочитал закрывать на это глаза, считая, что всего этого либо не будет вообще, либо им удастся одержать победу каким-то чудодейственным образом.

      Мр.  9:1. В этом стихе Иисус говорит о грядущей славе, упоминавшейся в предшествующих стихах, свидетелями которой предстоит стать ученикам в 9:2–13. Поскольку Мессия уже явил Себя, слава Его грядущего Царства тоже присутствует рядом.



      Прочтите толкования:

      Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

       

          Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      (Гал.2:16-20, Мк.8:34–9:1; Ин. 20:1-10)

      «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною»(Мк.8:34).

      За Господом Крестоносцем нельзя идти без креста; и все, идущие за Ним, непременно идут с крестом. 

      Что же такое этот крест? Всякого рода неудобства, тяготы и прискорбности, налегающие и извне, и извнутри на пути добросовестного исполнения заповедей Господних в жизни по духу Его предписаний и требований. Такой крест так срощен с христианином, что где христианин, там и крест этот, а где нет этого креста, там нет и христианина. 

      Всесторонняя льготность и жизнь в утехах не к лицу христианину истинному. Задача его себя очистить и исправить. Он, как больной, которому надо делать то прижигания, то отрезания, а этому как быть без боли? Он хочет вырваться из плена врага сильного; а этому как быть без борьбы и ран? Он должен идти наперекор всем окружающим его порядкам, а это как выдержать без неудобства и стеснений? Радуйся же, чувствуя на себе крест, ибо это знак, что ты идешь вслед Господа, путем спасения в рай. Потерпи немного. Вот-вот конец и венцы!




       Прочтите толкования:

      Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)



         Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею
      и всем разумением твоим
      (Мф.22:37).

      Возлюбленные слушатели! Не погрешил тот, кто любовь, любовь же Божественную, назвал огнем. Светит ли в темноте огонь, светит и любовь, согласно словам Богослова: «Любяй во свете пребывает, и соблазна несть в нем» (1 Ин. 2:10). Греет ли огонь, не знобит и любовь, когда подобно одежде покрывает все и множество грехов. Сожигает ли хворост огонь, не не умеет и любовь превращать в пепел хворост беззаконий наших, как, например, сказано об одном лице: «Отпущаются греси ея мнози, яко возлюби много» (Лк. 7:47). «Тает ли воск от лица огня» (Пс. 21:15), тает и сердце человеческое от теплоты любви. «Бысть, — говорится, — сердце мое яко воск, таяй посреде чрева моего». Вверх ли пылает пламя огненное, и любовь ищет вышних и превосходит все добродетели; она выше всего. Сей-то огонь, огонь любви, Спаситель наш и принес к нам с небес: «Огня, — сказал Он, — приидох воврещи на землю, и что хощу, аще уже возгореся» (Лк. 12:49). О, если бы тем огнем просветились умы наши, согрелись сердца наши, истаяли души наши, загорелся дух наш! Распали нас в любовь Твою, многомилостивое Слово Божие!
      Огонь без подтопки не горит. Даже и посланный с неба требует дров. Ведь и в Ветхом Завете огонь свыше сошел на Моисеевы и Аароновы жертвы, но чтобы он никогда не угасал, священники днем и ночью подкладывали на алтарь дрова.
         Жертвенником Божиим в духовном смысле является сердце наше; огонь же, сходящий свыше, — это любовь Божия, свыше изливаемая на наши сердца, согласно слову апостольскому: «Любовь Божия разлияся в сердцах наших Духом Святым, данным нам» (Рим. 5:5). Кто хочет загореться пламенем Божественной любви, тот ищи таких дров, которыми мог бы поджечь в себе огонь невещественный, духовный, огонь любви Божией, и соблюсти его на твоем сердечном жертвеннике неугасаемым никогда.
         Я же, грешный, в помощь тебе, боголюбивый мой слушатель, пойду за дровами в лес или в сад Божественного Писания и соберу вязанку дров не из простых деревьев, но из тех, из которых был сделан честный крест Христов (всемирное воздвижение которого мы праздновали на прошлой неделе, а ныне совершаем отдание сего праздника); собравши вязанку дров из таких деревьев, принесу их сюда, в народ, чтобы всякий желающий мог без труда взять себе на пользу и потребность. «Боже, в помощь мою вонми; Господи, помощи ми потщися» (Пс. 69:2).
         «Возлюбиши Господа Бога твоего».
         Повествуют о некоей птице, одноименной с деревом финик, называемой финике и находящейся в странах Аравии, близ Индии. Она после пятисотлетнего пребывания, собравши с благовонных деревьев сучья и ветки, складывает их в кучу где-либо на высоком холме и, севши на этом холме и распростерши против солнечных лучей в очень знойный полдень свои крылья, загорается и сгорает в пепле, а потом снова в этом пепле зачинается и родится от росы небесной. Истина ли это, или нет, я не спрашиваю; пусть при повествователях будет вера в это. Я знаю ту несомненную истину, что мысленный финике, Господь наш Иисус Христос, объятый неизреченной любовию к человеку, собрав благовонные деревья — кедр, певг и кипарис, занесши их на Своих плечах на холм Голгофской горы, сложивши их в крест, как в кучу, и распростерши руки, как финике крылья, Он сгорел пламенем любви, когда из любви к нам положил за нас на кресте Свою душу.
         Если мы хотим зажечься взаимной любовью к Нему, то поищем благовонных деревьев, — не хвороста со смрадным дымом, но благоуханных веществ, — сложим их на холме сердечном и прострем крылья веры и любви к Господу, простершему руки на кресте, чтобы и нам загореться от того пламенного огня любви. Где же растут благовонные деревья? Кто это знает? Скажите, чтобы мы пошли туда? Вот я слышу в Божественном Писании: хвалится Премудрость Божия неким Своим прекрасным, состоящим из благовонных славных деревьев, садом или лесом на различных местах — то на Ливане, то на Аермоне, то на приморье; на Ливане — кедры, на Аермоне — кипарисы, а на приморье — финики. Она говорит о Себе: «Аз яко кедр вознесохся в Ливане, яко кипарис на горах Аермонских, и яко финик возвысихся, иже на приморий» (Сир. 24:14, 17). Я же, слыша о такой славе и почете тех деревьев, что даже самой Премудрости Божией нравилось уподобляться им, говорю себе: очень хороши те деревья для нашей нужды, благоугодны для нашей потребности. Возьму по одному поленцу из тех трех во имя Святой Троицы и положу на сердечном жертвеннике по примеру ветхозаветных иереев, которые, оберегая огонь небесный, чтобы он не угас, днем и ночью подкладывали к нему на жертвенник поленья. Итак, пойду я умом своим в те страны и прежде всего в пустыню Ливанскую к благовонному кедру. Быть может, кто-либо помнит рассказ в Библии о том, как и Соломон приобрел с Ливана кедровые деревья для созидания храма, Святого Святых, посылая к Хираму, царю тирскому, ибо Ливан находился во власти царя тирского.
         Приблизившись туда, я вижу порубежный Тиру город Сарепту, а в нем дом вдовицы, где обитал пророк Илия. Вижу и ту женщину, собирающую дрова. Что ты делаешь, вдовица сарептская? Собираю, говорит, два поленца. Для чего? «Сотворю себе и детям моим мал опреснок, и ямы, и умрем» (1 Пар. 17:11). Поистине, ты умрешь, если не соберешь и третьего поленца во имя Святой Троицы, которую ты почтишь, если страннолюбиво угостишь пророка Божиего, имеющего устроить воду на жертвеннике. (Ты собираешь два поленца, я же хочу собрать три, чтобы разжечь в сердце огонь любви Божией.)
         Иду я дальше в путь мой мимо Сарепты и Тира к Ливану и рассуждаю умом своим: Сарепта толкуется «теснота», Тир — «скорбь», а Ливан — «белизна», или «кадило», или «приготовление сердца»; дух же говорит мне, что к убелению совести, от которой бы исходила кадилоподобная молитва, и к готовности сердца к любви нельзя придти иначе, как только теснотою жизни и скорбью о грехах. Бывши в Сарепте и Тире, дойти до Ливана, — это значит, пройдя тесноту жизни в скорби о грехах, достигнуть чистой совести и готовности сердца к любви Божией.
          Войдя в самый тот Ливанский лес, наш ум созерцает высокие кедры; но прежде нас давно уже зашел туда святый Давид с своей псалтирью, зашел петь свою Псалтирь среди безмолвия. Святый Давид! Что ты здесь в Ливане делаешь? Давид отвечает: рассматриваю кедры, каким уподобить праведников и каким — грешников. «Праведник яко финике процветет и яко кедр, иже в Ливане, умножится» (Пс. 91:13); «И видех нечестиваго превозносящася и высящася, яко кедры Ливанский» (Пс. 36:35). Не говори нам, святый Давид, о кедрах, уподобляющихся грешникам; веди нас к кедрам, уподобляющимся праведникам. Но вот Премудрость Божия тотчас отозвалась в том лесу: «Аз яко кедр вознесохся в Ливане» (Сир. 24:14). Теперь мы знаем, Давид, зачем ты зашел в Ливанский лес: ты между кедрами ищешь Премудрости Божией, Премудрости, которая говорит: «Аз яко кедр».
         Кто скажет, в чем заключается подобие кедра Премудрости Божией и почему Премудрость Божия уподобляется кедру? Нам скажут это толковники Божественного Писания, которые говорят, что Премудрость Божия бессмертна и есть Создательница бессмертия, ибо создала бессмертных ангелов и бессмертные души человеческие. Кедр же есть главнейшее дерево среди негниющих деревьев, из которых были созданы и Ноев ковчег, и ковчег завета, и храм Соломонов, и потом крест Христов. И у некоторых мудрецов, как, например, у естествоиспытателя Плиния, кедр является образом вечности в бессмертия, ввиду того, что он с трудом поддается гниению, так что из-за этой способности негниения делались из кедра не только святые вещи, но и кумиры у греков. Упомянутый Плиний рассказывает, что в Риме некоторые кедровые кумиры по тысяче и более лет оставались неистлевшими и стояли даже до своего разорения христианами; посему-то, как сказано, кедр и является образом вечности и бессмертия.
          Премудрость же Божия, желая ясно показать разуму человеческому Свое бессмертие, уподобилась в Писании кедру, чтобы на создании познавалась Создательница всех тварей — Премудрость, как бы говоря: знайте, люди, что как видите вы кедр, которому приписываете вечность и бессмертие, так знайте, что и Я вечна и бессмертна, и не только Я, но и души ваши, созданные Мной, также вечны и бессмертны.
         Теперь я от бессмертной кедрообразной Премудрости Божией иду к бессмертным кедрообразным душам, к душам же праведников, умноженным «яко кедр в Ливане». От них я хочу взять некое поленце на нашу потребу. Но как я возьму? Чем отсеку без подобающего на то орудия? Утешает меня в этом святый Давид, говоря: не печалься; не нужно здесь ни топора, ни секиры, ибо слово Божие, глас Божий, острейший железа, тотчас приготовит много дров на разгорение огня любви. «Се слыши и внемли: глас Господа, сокрушающаго кедры, и сотрет Господь кедры Ливанския» (Пс. 28:5). Который же глас Господень так силен, что без железного орудия сокрушает на дрова и поленья превеликие кедры? Внемлем и послушаем. Вот глас, исходящий из уст Божиих не как гром, но как сладкая песнь: «Возлюби Господа Бога твоего от всея души твоея». О, глас крепкий, глас многомощный, глас не страшный, но сладкий, не грозный, но любезный, глас много действеннее обоюдуострого меча, действеннейший, «проходящий до разделения души же и духа, членов же и мозгов» (Евр. 4:12), глас, острейший меча и сладчайший меда, ибо производимая нам тобою рана является целительным пластырем для наших душевных ран, для греховных ран: «Возлюбиши Господа Бога твоего»! А вслед за тем гласом идет святый Златоуст, возглашая: «Для того и геенне запретил и обещал царство, чтобы быть нами любимым» (на послание к Римлянам, глава 2). Кто ведь не сокрушится от того гласа, не умилится сердцем своим? Когда тот глас впервые был услышан на Синае, тотчас сокрушились весьма многие пречистые ветхозаветные духовные кедры — праотцы и пророки, то есть, умилились сердцами своими, и каждый из них взывал, говоря: «Возлюблю Тя, Господи, крепосте моя: Господь утверждение мое» (Пс. 17:2, 3). Когда во второй раз был услышан тот глас из уст воплощенной Божией Премудрости Христа, возгласившего в нынешнем Евангелии: «Возлюбиши Господа Бога твоего», — тогда сокрушились очень многие пречестные новоблагодатные кедры — апостолы и мученики, то есть, умилились сердцами своими, и каждый отозвался со святым Петром, говоря: «Господи, Ты веси, Ты вся веси, яко люблю Тя» (Ин. 21:17), и тотчас одни, оставивши все, пошли вслед за этим гласом, другие же дерзнули на раны и муки, как и то лицо, которое «зовет велиим гласом: Тебе, Женише мой, люблю и Тебе ищущи стражду и распинаюся».
         Из тех кедров, сокрушенных и умиленных гласом любви Божией, от того образа добродетельной жизни святых угодников Божиих, возлюбивших Бога всею душею, возьмем одно первое поленце во имя и любовь первого лица во Святой Троице, в любовь Бога Отца; ибо поленце любви к Богу всей души доходит от нас к Богу Отцу, который дал нам душу Божественным и животворящим вдохновением. Взявши же сие дерево в руки рассуждения нашего, рассмотрим силу его так: бессмертная мудрость Божия мудро создала нашу бессмертную душу, ибо украсила ее по образу Своему памятью, волею и разумом. Следовательно, душа наша, украшенная богоподобной мудростью, должна мудро любить Бога, Творца своего. Здесь я говорю не о мудрости богословского мудрствования о Боге, но о мудрости искусного различения доброй веши от злой, с помощью которой душа, почтенная богомудрым разумом, могла бы рассматривать, рассуждать и понимать ту же любовь к Богу, хороша ли она, истинна ли и совершенна. Ведь в нас, грешных, часто бывает такая любовь, что мы только кажемся любящими Бога, на самом же деле мы опечаливаем Его, как ненавидимого. Вот как много собралось нас здесь в этом святом храме, и если бы кто каждого в отдельности спросил: «Любишь ли Бога», то всякий бы ответил: «Да, люблю». Но если бы каждый посмотрел на свою жизнь, на дела, то не оказалось бы и тени любви к Богу. Мы тщеславимся, что любим Бога, но нисколько не заботимся истинно любить Его: любим словами, делами же ненавидим. Если бы кто принял в свой дом достойного гостя и сказал ему: «Люблю тебя, рад тебе», но, сказавши это, он тотчас изгнал бы его с позором из своего дома, то истинная ли будет любовь того человека к гостю? Никак: это не любовь, но надругательство. Так же делаем и мы, грешные. Едва принявши когда Христа Господа, хотящего обитать в душах наших, мы тотчас с позором изгоняем Его от себя своими греховными нравами и больше смеемся над Ним, нежели любим. Свойство же мудрой души заключается в том, чтобы рассматривать любовь и рассуждать, есть ли это любовь, истинно любящая Бога, и, найдя что-либо противоположное, исправлять и не примешивать к любви Божией любви богопротивной.
         В ветхозаветной скинии было два огня: один — сошедший с неба на жертвы, который, как сказано раньше, иереи всегда оберегали, подкладывая дрова, чтобы он не погас на жертвеннике; назывался этот огонь огнем Божиим; другой же огонь, обыкновенный, народный, находился пред дверьми скинии; сохраняли его неугасимым простые люди, и назывался он «огнем чуждым». Итак, Божиим огнем сожигались только жертвы Богу, а огонь чуждый употреблялся только на некоторые другие общие нужды (Лев. 1:1—7; 6:9).
         Была же заповедь Божия, твердо узаконенная под страхом смертной казни, чтобы никто из иереев не дерзал внести чуждый огонь внутрь скинии Божией. Случилась же такая вещь: два сына Аароновы, Надав и Авиуд, не известно с каким намерением вложивши в кадильницы чуждый огонь, дерзнули внести его в скинию, где был огонь Божий, и тотчас за эту дерзость их постигло отмщенье и казнь, ибо и пламя, выйдя с жертвенника от огня Божия, сожгло их в пепел. Это перетолковано уже прежде, что жертвенник Боясий таинственно изображал собою сердце человеческое, огонь же Божий означал любовь Божию, горящую в сердце. Но что такое «чуждый огонь» ? Любовь к миру, которая является враждой к Богу, любовь к наслаждениям и страстям плотским, противным Богу, — вот что означает чуждый огонь. Кроме того, огонь ярости, огонь гнева, огонь злопамятства, — все это чуждые огни, крайне противные для любви Божией. Здесь, истинный и мудрый любитель Бога, внимай и осторожно соблюдай, чтобы на жертвенник сердца твоего, в котором ты хранишь огонь любви Божией, ты не внес внутрь чуждого огня; ибо если дерзнешь, то тебе также придется пострадать, как пострадали указанные выше сыновья Аарона. Любовь Божия крайне ревнива и не терпит, чтобы ты любил кого-либо другого больше ее. Недаром Бог назван огнем: «Есть Бог наш огнь поядаяй»; ибо как огонь и светит, и жжет, так и Бог: если Его истинно любишь, то Он светит тебе; если же любишь Его не истинно, но лицемерно, только устами, то Он сожжет тебя, — пожрет тебя «огнь поядаяй».
         Так рассудивши о силе того духовного кедра, мы кладем таинственное дерево на жертвенник сердца нашего, складывая в нашем сердце все те слова Божественного Писания, какие говорит Давид: «В сердце моем скрых словеса Твоея» (Пс. 118:11), и пречистая Дева, Матерь Божия: «Мария же соблюдаше вся глаголы сия, слагающи та в сердце своем» (Лк. 2:19). Положивши же то духовное поленце на сердечном жертвеннике, мы поддуем, чтобы оно разгорелось; поддуем, с одной стороны, частыми поучениями о любви Божией: «В поучении моем, — говорит Давид, — разгорится огнь» (Пс. 38:4), а с другой стороны, глубокими воздыханиями от умиленного сердца и теплыми молитвами, говоря тайными взываниями к Богу: о, Боже, прелюбезнейший всякой любви! Любовь, превосходящая всякий ум и всякое желание! За все блага, совершенные Тобою нам и всегда совершаемые тайно и явно, Ты не требуешь от нас ничего иного, как только то одно, чтобы мы любили Тебя любовью всей нашей души. Вот готово сердце мое к любви Твоей: «Готово сердце мое, Боже, готово сердце мое» (Пс. 6:8). Ты же Сам разожги его углем любви Твоей; разожги внутренности мои и сердце мое, Бог жизни моей; разожги и смягчи душу мою, как воск, чтобы вся она истаяла и излилась пред Тобою, Господи, чтобы я ничего иного не любил, — ни души моей, ни жизни моей, — больше Тебя, Создателя моего, Любителя моего, чтобы не полюбил я какой-либо суеты и временной сладости века сего, но чтобы весь пребыл я в одной любви Твоей и никогда не отлучался бы от нее.
         Так положивши и разжегши первое деревцо на сердечном жертвеннике, пойдем за другим.
         Другое дерево благовонное, которому уподобляется Премудрость Божия, есть кипарис в Аермоне: «Аз, — говорится, — яко кипарис на горах Аермонских» (Сир. 24:14). Итак, я прежде всего посмотрю, где находятся те Аермонские горы. В псалтырных толкованиях я нахожу известие, что находятся они в Палестине, совсем недалеко от Ливана. Толкуется же Аермон — «сияние». Я же, снова обращаясь к рассмотрению имен, внимаю: Ливан — белизна, Аермон — сияние, недалеко от Ливана; и дух говорит мне: кто имеет совесть белую, очищенную от скверны плоти и духа, для того близко сияние праведническое: «Праведницы, — говорится, — просветятся яко солнце» (Мф. 13:43).
         Взойдя на Аермон умом своим, я рассуждаю: почему Премудрость Божия уподобляется кипарису? Я знаю, что у древних кипарис был образом мертвости: как кедр — бессмертия, так кипарис был изображением и написанием смерти.
         Был обычай насаждать сие древо на кладбищах при гробах умерших. В житии преподобного Никиты Исповедника мы находим, что в его обители преставился некий богоугодный отец, именем Афанасий, который поистине любил Бога, и вот по его погребении выросло на могиле кипарисовое дерево из самой его груди. Выросло оно по повелению Божию для прославления угодника Его, и листья этого дерева исцеляли всякие болезни.
         У греков же был обычай извещать о смерти человеческой посредством кипарисной ветви, и где была видна кипарисная ветвь, воткнутая на каком-либо доме, то всякий знал, что в том доме есть мертвец. Кроме того, и гробы для мертвых делали из кипариса, поелику тела мертвых не скоро истлевали в кипарисном дереве, ибо дерево это так же, как и кедр, было негниющим и имело силу хранить в себе нетленным тело человеческое.
         Когда я хочу постигнуть эту тайну, почему Божия Премудрость, будучи бессмертной, уподобилась кипарису, бывшему образом смерти, то сам разум постигает, что потому именно, что воплощенной Премудрости Божией, Сыну Божию, была предназначена смерть на кресте, в котором вместе с кедром и певгом был и кипарис. Как кедр в кресте был образом бессмертия воплощенной Божией Премудрости, так и кипарис служил указанием на нетленную Ее смерть: ибо Бог Отец «не даде преподобному своему (Сыну) видети нетления».
         Здесь под кипарисами нужно духовно разуметь тех, которые всегда умирают для .греха, живут же для Бога, «сораспинающеся Христу, — по апостолу, -всегда мертвость Господа Иисуса в теле своем носят» (1 Кор. 4:10), то есть, всегда умерщвляют себя. От этих кипарисов, от образа их добродетельной жизни, возьмем себе одно второе поленце на распаление в нас огня Божественной любви, и пусть сие другое поленце будет во имя и любовь другого лица Святой Троицы, Бога Сына, «возлюблынаго ны и предавшаго Себе за ны». Какое же орудие отсечет нам полено от сего кипарисного леса? Поистине, тот же глас Господа, который и кедры сокрушает: «Глас Господа, сокрушающаго кедры» (Пс. 28:5), глас Господа, сокрушающего и кипарисы. Однако же тот Господний глас здесь, в кипарисном лесу, почти то же гласит, ибо там он сладко возгласил: «Возлюбиши Господа Бога твоего от всея души твоея», а здесь еще сладче: «Возлюбиши Господа Бога твоего от всего сердца твоего» (Мф. 22:37). Поистине, достойно и праведно возлюбить Того всем сердцем, Кто для нас не пощадил сердца Своего, но отдал его для прободения копьем на кресте. Что же это значит: любить Бога от всего сердца? Любить Его всем сердцем — значит сладко любить Его. Как любить Бога всею душею означает любить Его мудро, так любить всем сердцем означает любить Его сладко. Сердце в человеке есть основание, начало и источник всякой любви, желания и любовной сладости. Возлюбим же Господа Бога нашего всем сердцем, всецелой любовью, всецелым желанием, всецелым наслаждением. Прежде же чем научимся сладко любить Бога сердцем нашим, вспомним сначала нрав и обычай истинной сердечной любви, описанной апостолом: «Любы не ищет своих си» (1 Кор. 13:5).
         Рассуди же всяк и уразумей, что .означает: «Любы не ищет своих си»?
         Та есть истинная от всего сердца любовь, которая любит кого-либо не для себя, то есть, не для своей какой-либо выгоды или прибыли, но ради самой любви; ради любимого она «не ищет своих си». Иногда любят кого-либо потому только, что получают от него благодеяния, и если бы не получали, то и не любили бы. Иногда кто-либо делает вид, что любит господина своего и исполняет волю его, но сие только потому, что боится, чтобы тот, рассердившись, не наказал его чем-либо. Истинная же любовь ни «своих си не ищет», и не боится ничего: она одно только то имеет, что любит любимого.
         Здесь внемлем, что только та любовь есть любящая Бога сладко, всем сердцем, которая любит Его не для того, чтобы получить от Него что-либо, не ради небесного воздаяния: «Что бо ми есть на небеси?» (Пс. 72:25), не ради земных благ: «И от Тебе что восхотех на земли?» — но исключительно ради любви к Иисусу сладчайшему, всех влекущему к любви Своей, который достоин быть любимым всеми, который есть весь желание, весь сладость.
         Прекрасно рассудили искусные: работающий Богу ради царствия небесного состоит как бы в чине наемщика, работает как бы за плату, чтобы в награду получить царство небесное; работающий Богу из страха мучений — состоит в чине раба, который творит доброе, страшась, что будет наказан; работающий же Богу ради самой любви Божией — состоит в чине сына, который ни воздаяния не ищет, ни мук не боится, ибо совершенная любовь изгоняет страх вон, любит же Отца ради самой любви к Отцу и ни в чем не преступает Его воли. Вот что означает сладко любить Бога сердцем.
         Евангелие вспоминает следующее. В одно время ученики Христовы изменили Христу: «Мнози от ученик Его идоша вспять, и ктому не хождаху с Ним. Рече же Иисус к двунадесятим: еда и вы хощете отити? Отвеща Ему Симон Петр: Господи! К кому идем? Глаголы живота вечнаго имаши» (Ин. 6:66—68). Я оставшимся сказал бы следующее: я знаю, почему вы держитесь Христа и не отходите от Него, — вы узнали, что Он есть Царь Небесный, и работаете Ему для того, чтобы Он воздал вам небесным. Но святый Златоуст защищает их, говоря: «Ни небо, ни царство небесное они не предпочитали любимому, ибо Тот был для них всем. И что ты дивишься? Ведь и пророк, послушай, говорит: «Что ми есть на небеси? И от Тебе что восхотех на земли?», то есть, ни горняго, ни дольняго, ни иного чего не желаю, кроме Тебя единого». Написав сие, Златоуст восклицает: «Вот желание! Вот любовь!» И еще говорит: «Вот царство, вот сладость, вот насыщение, слава и честь, вот свет и неисчислимое блаженство!» Что такое, Златоуст, — любить Христа не из-за награды, но ради Его? Итак, возлюбим Его, как подобает любить.
          Посмотрел я снова на святого Петра, горько плачущего, и сказал было: ты плачешь Петр, ибо боишься, что отвергся от Христа, боишься, чтобы Христос за твое отвержение не ввергнул тебя в мучения. Но и здесь тот же Златоуст святый защищает Петра, говоря: «Петр горит сердцем ко Христу, больше жизни, души и всего другого предпочитая Его; когда же отвергся от Него, то плакал не из-за мук, но потому, что отвергся от любимого, что было для него горше всяких мук. Вот мы видим сладкую любовь, сладко любящего от всего сердца.
         Итак, положим то другое поленце на сердечный жертвенник к огню Божественной любви и поддуем словами святого Амвросия, говорящего: «Ты знаешь, Боже, ведущий сокровенные, что не только больше земли и всего, что на ней, но даже больше неба и всего, что на нем, Ты для меня дражайший, Ты желательнейший, Ты любезнейший! Люблю Тебя больше неба и земли, и всего, что есть на них». Так полоясивши другое поленце и поддувши, пойдем за третьим.
         Третье дерево, которому уподобляется Премудрость, есть финик: «Аз, — говорит, — яко финик возвысихся, иже на приморий» (Сир. 24:15). Где это приморье? В иных переводах я слышу, что вместо приморья пишется Кадис: «Яко финик в Кадисе»; и некоторые говорят, что пустыня Синайская называлась приморьем и Кадисом: приморьем потому, что начиналась от берега Чермного моря; Кадис же толкуется «святыня». Я думаю, потому она была так названа, что там было начало святыни, там явился Бог в огненной купине, там Он говорил людям в огненном и облачном столпе, там дал закон, там — скиния свидения, там по повелению Божию сделаны были скиния с херувимами. Посему-то пустыня та и была названа «Кадис», то есть, святыня.
         Рассуждая о толковании имени и рассматривая место Кадийской пустыни на приморье, я говорю себе: необходима Божественная любовь Кадиса, великой святыни, и богоугодная, святая жизнь, что на приморье, то есть, необходимо, чтобы была святая жизнь при море слез.
         Кадис наименованием свят, а бывшими там некогда событиями — страшен: страшен потому, что там были блистания и громы, и страх великий; страшен: ибо там гнев Божий убил множество людей израильских за их ропот: «Гнев Божий прийде на ня, и уби множайшая их» (Пс. 77:31). Посему Давид так говорит о той пустыне: «Сотрясе Господь пустыню Кадис» (Пс. 28:8). Мы же внемлем: не возможно человеку достигнуть святости и любви Божией, если он прежде не истребит в себе злые греховные нравы.
         Но пойдем уже туда за намеченным, деревом.
         Рассматривая высочайшие Кадийские финики, недоумеваю, почему уподобляется им Премудрость Божия? Спрашиваю, и мне говорят, что финик своею высотою превосходит всякий род деревьев; посему и невеста духовная — церковь — уподобляет в Песни песней своего Жениха — Христа — финику, говоря: «Се величество Твое уподобися финику» (Песн. 7:7). Толковники говорят, что потому Премудрость Божия уподобляется финику, что как финик превосходит деревья, так и Она превосходит все, начальствует и господствует над всей видимой и невидимой тварью, все содержа и всем управляя. Кроме того, финик еще был у древних образом победы, одоления торжества по причине своего неувядания, по причине того, что всегда остается зеленым, не знает увядания. Подобно сему препобеждает все и Премудрость. Святый же Киприан под фиником разумеет то же, что и певг, бывший в кресте Господнем, ибо говорит: «Ты, Господи, взошел на финик, ибо это есть дерево Твоего креста, знаменуя этим торжество над диаволом, духовную победу над нечистотами; и были в руках Твоих два рога (креста), в которых была сокрыта крепость Твоя, и власть Твоя — в плече Твоем». Так говорит святый Киприан, полагающий в кресте Христовом финик вместо певга. Я же, не рассуждая много о том, что представляют собой финик и певг: одно и то же или нечто различное, скажу о самом финике, что ему уподоблена в Писании и Премудрость Божия, и праведный человек: «Праведник яко финик процветет», — говорит Давид (Пс. 91:13), ибо и праведник высоко растет богомыслием, торжествует над диаволом, побеждая страсти, и никогда не увядает в надежде своей. «Лист его, — говорится, — не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет» (Пс. 1:3). От таких фиников, то есть, от образа добродетельной жизни праведных, возьмем для воспаления в нас огня Божественной любви то поленце, которое один и тот же глас Господень отсек немного различными словами, говоря: «Возлюбиши Господа Бога твоего всею мыслию твоею» (Мф. 22:37). А Лука святый прибавляет, что «и всею крепостию твоею» (Лк. 10:27). Толковники же говорят, что то и другое одинаково: любить Бога всею мыслию — то же самое, что любить Его всею крепостию.
         Сие третье финиковое поленце духовного благовония да будет во имя и любовь третьего лица Святой Троицы — Бога Духа Святого. Мы уже знаем, что «любить Бога всею мыслию и всею крепостию"- это значит тепло Его любить, всегда Его любить и с постоянством любить, не разламывая и не разделяя своей любви надвое: с одной стороны, к Создателю, а с другой, к созданию, как толкует Василий Великий, говоря: «Что выражается словами: «всею мыслию твоею»? Пусть не претерпит сечения на иное, то есть, эта заповедь любви указывает, что любящий Бога не должен рассекать любви своей надвое, частью к Богу, а частью к греховному, любострастному и любосластному вожделению». Прекрасно увещевает и Августин, говоря: «Избегай создания, если хочешь иметь Создателя». Всякое создание пусть будет для тебя худым, если хочешь, чтобы в сердце твоем насладился Создатель. Ибо любовь к Богу не должна ни разделяться, ни раздираться, а те, которые разделяют ее или раздирают, оказываются горшими воинов, распявших Тебя, Господи, которые не хотели разодрать Твоего хитона.
         Много бы нужно было говорить об этой любви, всегда и постоянно теплой, неизменной, поучаясь ей и разжигая ее в себе, но чтобы не отяготить вас, слушателей моих, я закончу мое слово, сказавши только еще об одной вещи — о постоянстве теплой любви.
         Пророк Исайя некогда видел ангелов из двух ликов: люцифера, то есть, светоносца, и другого — огнепламенного серафима, будто один из них падает, а другой стоит неподвижно; падает люцифер светоносный: «Спаде с небесе денница, восходящая заутра» (Ис. 14:12), серафим же стоит непоколебимо: «Серафими же стояху». Почему светоносный ангел, имевший просвещенный ум и херувимскую мудрость и знавший Бога совершенно, не долго постоял на небе, но скоро ниспал. Потому, что не любил Бога тепло, не горел пламенем серафимской любви к Богу. Серафим же, имея такой же пресветлый, светоносный ум, при своем просвещении горел еще и теплой любовью к Богу и посему пробыл без падения. Один из толковников, рассуждая об этом, говорит: «Светоносный упал с неба, как молния; серафимы же стояли на нем. Серафимы поистине стоят, ибо никогда не теряли любви». Мы же внемлем сему. Не достаточно быть светлым, премудрым и разумным ангелом, но необходимо быть и огненным серафимом. Не достаточно иметь просвещенный ум, но необходимо быть и огненным. Не достаточно мудро знать Бога, но необходимо и тепло любить Его. Только та, а не иная какая-либо любовь может быть постоянной, устойчивой и никогда не отпадающей, которая любит тепло, пламенноподобно, серафимски.
         О, огнь небесный, Дух Святый, сошедший некогда в огне на любивших Христа! Дух Святый, Ты брось в наши сердца хотя одну искру огня Божественной любви и сотвори жар, попаляющий тернии и хворост наших грехов! О, ветер тихий и пресладкий, Дух Святый! Ты повей дыханием благодати Твоей, раздуй в нас тот огонь, огонь небесный, огонь Божий, огонь любви к Богу, любви же серафимской, всегда постоянной, устойчивой и никогда не отпадающей! Время уже окончить беседу.
         Вот, слушатель мой, я по силе моей собрал три поленца благовонных деревьев, оставшиеся во имя Святой Троицы как бы от креста Христова, когда его делали.
         Первое — кедровое, в знак любви к Богу Отцу, чтобы любить Его мудро и всей душой.
         Другое — кипарисовое, в знак любви в Богу Сыну, чтобы любить Его всем сердцем сладко.
          Третье — финиковое (которое святый Киприан полагает вместо певгового), в знак любви к Духу Святому, чтобы любить Его всею мыслию или крепостию, то есть, всегда, постоянно и тепло.
         Желающему можно и больше собрать тех духовных деревьев и разгореться любовью в Богу. Мы же, довольствуясь ныне и этими, скажем: Аминь.



      Прочтите толкования:

       Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)



         Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      «Кто хочет идти за Мною, – сказал Иисус Христос народу с учениками Своими, – отвергнись себя, и возьми крест и следуй за Мною». «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою», т. е. жизнь свою, т. е. умертвит все страсти и вожделения свои, «ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее. Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою? Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном; того постыдится и Сын человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (Мк.8:34–38). 

      Господь Иисус Христос повелевает нам совершенно отречься себя, т. е. от сатаны, действующего в нас, и от всех дел его, и от всего служения его, и всей гордыни его, и взять крест свой, т. е. терпеть неизбежные тяжкие лишения, болезни, страдания и скорби, посылаемые нам для нашего очищения, вразумления, укрепления в добродетели, и искушения, причиняемые нам демонами и людьми. Мы крайне пристрастны к жизни плотской; мы сжились с грехами, приникли к ним и боимся объявить им решительную войну, разорвать с ними всякий союз; мы принимаем против них только полумеры, как бы бережем себя с ними, потому что они сделались нашими как бы природными удами и потому всегда остаемся с ними, и они в нас укореняются все больше и больше, борьба с ними делается труднее и упорнее, мы часто теряем себя для Бога и делаемся каждодневной добычей и стяжанием врага. 

      35 Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее. 

      Слова Господа: «кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее» (Мк.8:35), исполняются над нами всякий день. Мы ежедневно продаемся врагу нашему всеми родами грехов, в нас живущих и действующих; ежедневно умираем духовно, и о! если бы ежедневно же восставали, оживали для Бога через слезное покаяние. Ведь «грехи наши разлучают нас временно от Господа» (Ис. 59:2). Они могут разлучить нас и навеки бесконечные, если не обратимся и не раскаемся от всего сердца.



      Прочтите толкования:

      Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)



         Святитель Иоанн Златоуст. Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Тогда Иисус рече учеником Своим: аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе и возмет крест свой, и по Мне грядет (Матф. XVI, 24).

      О несении креста и самопожертвовании 4.jpg

            1. Тогда - когда же? После того, как Петр сказал: милосерд Ты, Господи, не имать быти Тебе сие, и получил в ответ: иди за Мною, сатано! Господь не удовольствовался одним воспрещением, но желая вполне показать неуместность слов Петра и пользу страданий, сказал: ты Мне говоришь: милосерд Ты, не имать быти Тебе сие; а Я тебе говорю, что не только вредно и пагубно для тебя препятствовать Мне и сокрушаться о Моем страдании, но и ты сам не можешь спастись, если не будешь всегда готов умереть. А чтобы ученики не думали, что страдать для Него бесчестно, то о пользе страдания вразумляет их не одними вышеприведенными словами, но и следующими. Так у Иоанна говорит Он: аще зерно пшенично, пад на землю, не умрет, то едино пребывает: аще же умрет, мног плод приносит (Иоан. XII, 24). Итак здесь, вполне раскрывая пользу страдания, сказанное о необходимости умереть распространяет не на себя только, но и на них. Такова польза этого подвига, что и для вас не желать умереть - пагубно, а быть готовыми к тому - благо. Впрочем вполне объясняет это Христос после, а теперь раскрывает только отчасти. И заметь, как Он, говоря это, не принуждает; не сказал, что вам волею или неволею должно пострадать, а что сказал? Аще кто хощет по Мне ити. Я не заставляю, не принуждаю; но предоставляю это собственной воле каждого. Потому и говорю: аще кто хощет. Я приглашаю на доброе дело, а не на злое и тягостное, не на казнь и мучение, к чему Мне нужно было бы принуждать. Дело само по себе таково, что может вас привлечь. Говоря таким образом, Христос только сильнее привлекал к последованию за Ним. Тот, кто принуждает, часто отвращает; а кто предоставляет слушателю свободу, скорее привлекает. Кроткое обращение действительнее принуждения. Потому и Христос сказал: аще кто хощет. Велики те блага, говорит Он, которые Я вам даю, - таковы, что к ним вы охотно будете стремиться. Кто дает золото и предлагает сокровище, тот не станет употреблять насилие. Если же при этих благах не нужно насилия, то тем менее оно нужно при благах небесных. Если свойство самого блага не побуждает тебя стремиться к нему, то ты недостоин и получить его; если же и получишь, то не будешь знать цены полученного. Потому-то и Христос не принуждает, но снисходительно увещевает нас. Так как ученики, смущаясь словами Иисуса, по-видимому, наедине много роптали, то Он говорит: не должно роптать и смущаться. Если вы не верите, что то, о чем Я сказал, будет причиною бесчисленных благ и с вами сбудется, - Я не заставляю, не принуждаю; но кто желает последовать, того призываю. Не считайте последованием Мне то, что теперь делаете, ходя за Мною. Если хотите за Мною идти, то вам надобно будет перенести много трудов, много опасностей. Не думай, Петр, что, поелику ты исповедал Меня Сыном Божиим, за это одно и можешь ждать венцов; не считай этого достаточным для твоего спасения и не успокаивайся на этом, как будто бы все тобою сделано. Я, как Сын Божий, могу сделать, что ты не подвергнешься бедствиям, но не хочу того для тебя, чтобы было нечто и твое собственное, и чтобы ты заслужил больше похвалы. Какой распорядитель игр на поприще, будучи другом борцу, захочет его увенчать только по милости, без всякой его заслуги и единственно потому, что любит его? Так и Христос тем, которых особенно любит, желает, чтобы они приобретали славу и сами по себе, а не при Его только помощи. Смотри же, как не трудна предлагаемая Им заповедь. Не их одних обрекает Он на бедствия, но дает общую заповедь для всех, говоря: аще кто хощет, жена ли, муж ли, начальник ли, подчиненный ли, - всякий должен следовать по этому пути. И хотя, по-видимому, говорит об одном, а разумеет три действия: отвержение самого себя, взятие креста своего и последование Ему. Два соединены между собою, а одно поставлено особо. Итак, посмотрим, во-первых, что значит отвергнуться самого себя. Наперед исследуем, что значит отвергнуться другого, тогда узнаем и то, что значит отвергнуться самого себя. Итак, что значит отвергнуться другого? Отрекающийся другого, напр. брата, или раба, или кого иного, хотя бы и видел, что его бьют, или вяжут, или ведут на казнь, или как иначе мучат, не заступается, не защищает, не соболезнует, не принимает в нем никакого участия, как бы он был совершенно ему чужой. Так точно и Христос желает, чтобы мы не жалели своего тела: бьют ли, гонят ли, жгут ли, или другое что делают, - не жалей себя. Это-то самое и значит жалеть себя. И отцы тогда жалеют детей своих, когда, препоручая их учителям, приказывают не щадить их. Так и Христос. Он не сказал: пусть не жалеет самого себя, но, что гораздо сильнее, - да отвержется себе, т. е. пусть не имеет ничего общего с самим собою, а пусть обрекает себя на опасности, на подвиги, и их переносит, так, как бы то терпел другой кто-либо. Христос не сказал: да отречется (arnhsasqw), но: да отвержется (aparnhsasqw), небольшим этим прибавлением придавая большую силу словам Своим, так как последнее гораздо выразительнее первого.

      2. И возмет крест свой. Это следует из первого. Чтобы ты не подумал, что, отвергаясь самого себя, должен переносить словесные только оскорбления и укоризны, Он назначает предел, до которого должно простираться самоотвержение, именно - смерть, и смерть поносную. Поэтому не сказал Он: да отвержется себе даже до смерти, но: возмет крест свой, разумея поносную смерть, и действие не раз или два раза, но целую жизнь совершаемое. Беспрестанно, говорит Он, имей пред глазами смерть, и каждый день будь готов на заклание. Многие, хотя пренебрегали богатство, удовольствия и славу, но не презирали смерть, а страшились опасностей; поэтому Я, говорит Он, хочу, чтобы Мой подвижник ратовал до крови, и подвиги его продолжались до самого заклания. Итак, если нужно будет претерпеть смерть, и смерть поносную, смерть под проклятием и по подозрению в худых делах, то все должно перенести с мужеством, и еще тому радоваться. И по Мне грядет. Так как иной, и страдая, не поснаград? Притом нам помогает Христос, а им никто. Еще прежде, когда посылал учеников Своих, Господь заповедал им, говоря: на путь язык не идите; посылаю вас яко овцы посреде волков; и: пред владыки же и цари ведени будете (Матф. X, 5, 16, 18). А теперь заповедывает гораздо сильнее и строже. Тогда говорил о смерти только, а теперь упомянул и о кресте, и кресте всегдашнем: да возмет, говорит Он, крест свой, - т. е. да держит и носит его непрестанно. Так и всегда обыкновенно Христос поступал: не сначала, не при первых наставлениях, но постепенно и мало-помалу предлагал труднейшие заповеди, чтобы не встревожить слушателей. Далее, так как заповедь казалась тяжкою, смотри как Он смягчает ее последующими словами, как предлагает награды, превышающие труды, и не нледует Ему, когда страдает не за Него (и разбойники, напр., и расхитители гробниц и чародеи терпят много тяжких мучений), то, чтобы ты не подумал, что довольно самых бедствий, от чего бы они ни происходили, Он присовокупляет, какая должна быть причина бедствий. Какая же? Что ни делаешь, ни терпишь, последуй Христу, все за Него претерпевай и соблюдай прочие добродетели. В словах: по Мне грядет заключается и то, чтобы ты оказывал не только мужество в бедствиях, но и целомудрие и кротость, - и всякую добродетель. То и значит последовать Ему, как должно, чтобы стараться о всякой другой добродетели, и все за Него терпеть. Есть люди, которые, последуя дьяволу, терпят то же и предают за него свои души; но мы терпим за Христа, или лучше сказать, за самих себя. Они терпением вредят себе и здесь, и там; а мы приобретаем пользу и в этой, и будущей жизни. Итак, не крайнее ли это нерадение - не оказывать и такого мужества, какое оказывают погибающие, и это не смотря на то, что нам уготовано столько награды только, но и наказания за грехи; о наказаниях распространяется даже более, нежели о наградах, потому что обыкновенно не столько даяния благ, сколько строгая угроза умудряет многих. Смотри же, как Он и здесь начинает, и тем же самым оканчивает. Иже бо аще хощет душу свою спасти, погубит ю; и иже аще погубит душу свою Мене ради, обрящет ю. Кая бо польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит, или что даст человек измену за душу свою (ст. 25, 26)? Слова эти значат: не думайте, чтобы Я вас не щадил; напротив, очень щажу, когда заповедую вам это. Так и тот, кто щадит своего сына, губит его, а кто не щадит, тот сохраняет его. Тоже самое сказал и один мудрый: аще биеши жезлом сына твоего, не умрет, душу же его избавит от смерти(Притч. XXIII, 13, 14); и еще: угождаяй сыну, обяжет струпы его (Сирах. XXX, 7). Тоже бывает и с воинами: если военачальник, щадя воинов, позволяет им всегда сидеть дома, то погубит и тех, кто остается с ними вместе. Итак, чтобы не случилось того же и с вами, говорит Он, вам беспрестанно должно быть готовыми на смерть. Ведь и ныне уже возгорается ужасная брань. Потому не сиди дома, но пойди и сражайся; если и падешь на брани, в ту же минуту оживешь. Если и в видимых сражениях идущий на смерть славнее других и считается непобедимым, и для врагов особенно страшен, хотя царь, за которого он поднимает оружие, и не силен воскресить его по смерти, то тем более в этих бранях, - когда столько надежд воскреснуть, - предающий душу свой на смерть обретет ее - во-первых, потому что не скоро побежден будет, во-вторых, потому что если и падет, приобретет для нее лучшую жизнь.

            3. Потом, так как, говоря: иже аще хощет спасти (душу), погубит ю; и иже аще погубит, спасет, в том и другом случае употребляет слова: спасет и погубит, - то чтобы не подумал кто-нибудь, что погубить и спасти в обоих случаях значит одно и то же, но ясно видел, что между тем и другим спасением такое же различие, какое между погибелью и спасением, - Он объясняет это от противного: кая бо польза человеку, говорит Он, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит? Видишь ли, что спасать душу, не как следует, значит губить ее, и хуже чем губить, - губить невозвратно, так что не остается уже средств искупить ее? Не говори мне, - как бы так сказал Он, - что избежавший величайших опасностей спас душу свою, но представь, что душе его покорена вся вселенная: что ему будет пользы от того, когда душа его гибнет? Скажи мне: если ты видишь, что рабы твои живут в полном довольстве, а сам ты в крайней беде, какая тебе польза от того, что ты господин? Никакой. Так же суди и о душе: когда плоть наслаждается и богатеет, душа ожидает будущей гибели. Что даст человек измену за душу свою? Опять подтверждает то же. Ты не можешь, говорит Он, вместо души дать другой души. Если ты потеряешь деньги, можешь дать другие; то же можно сказать о доме, о рабах и о всяком другом имуществе; а потерявши душу, не сможешь дать другой души. Хотя бы ты владел и целым миром, хотя бы был царем вселенной, - однако, и всю вселенную отдавши, и на всю вселенную не купишь ни одной души. Да и что удивительного, если так случается с душою? Также, как всякий может видеть, бывает и с телом. Хотя бы ты надел на себя тысячи венцов, но если у тебя тело по природе больное и неизлечимо страдает, то не можешь пособить тому, хотя бы ты отдал целое царство и присовокупил тысячи тел, города, имущества. Так же суди и о душе, да о душе еще больше, и оставив все прочее, приложи о ней все старание.

            4. Заботясь о чужом, не забывай себя и своего, как ныне все делают, подражая рудокопам. Для них нет никакой пользы от такой работы и от самых драгоценностей; напротив: бывает еще большой вред, потому что они подвергаются опасностям напрасно и подвергаются для других, не получая для себя никакого плода от своих трудов и изнурений. Им-то ныне и подражают многие, собирая богатство для других. Да о нас больше, чем о них, жалеть надобно, потому что нас после таких трудов ожидает геенна. Рудокопа от его трудов освобождает смерть; а для нас смерть бывает началом бесчисленных зол. Ты говоришь, что тебе приятно трудиться, когда обогащаешься; но покажи, что душа твоя радуется: тогда поверю. Всего главнее в нас душа. Если же тело тучнеет, а душа истаевает, то в этом тебе нет ни малой пользы. Так, если раба веселится, а госпожа гибнет, то для госпожи нет пользы от благоденствия служанки; так и для больного тела нет пользы от нарядной одежды. Что даст человек измену за душу свою? - говорит тебе опять Христос, повелевая тебе всячески стараться о душе, и о ней одной заботиться. Устрашив указанием на погибель души, Христос утешает и обетованием благ: приити бо имать, говорит Он, Сын человеческий во славе Отца Своего, со святыми ангелы Своими, и тогда воздаст комуждо по делом его (Матф. XVI, 27). Видишь ли, что Отцу и Сыну принадлежит одна слава? Если же слава одна, то очевидно и сущность одна. Если, при единстве сущности, бывает разность в славе (ина бо слава солнцу, и ина слава луне, и ина слава звездам; звезда бо от звезды разнствует во славе (1 Кор. XV, 41), хотя они и одинаковой сущности), то как можно почитать не единосущными тех, которым принадлежит одна слава? И Он не сказал: во славе такой, которая свойственна Отцу, - чтобы ты опять не подумал, что здесь есть какая-нибудь разность, - но со всею точностью показывает, что слава одна и та же, говоря, что во славе Отца приидет. Итак, - говорит, - чего ты страшишься, Петр, слыша о смерти? Ты увидишь тогда Меня во славе Отца. А если Я во славе, то и вы. Ваша награда не в настоящей жизни; нет, вы наследуете другой, лучший жребий. Сказав о благах, Он однако не остановился на том, но присоединил и угрозы, упоминая о последнем суде, о строгом истязании, о беспристрастном приговоре, о праведном решении. Впрочем Он не хотел только опечалить их словом, но растворил его приятными надеждами. Не сказал: тогда накажет грешников, но - воздаст комуждо по делом его. Говоря это, разумел Он не наказание только грешников, но и награды и венцы праведников. Он сказал это для того, чтобы ободрить и людей добродетельных. А я всегда трепещу, слыша о суде, так как я не из числа венчаемых. Думаю, что и другие также страшатся и ужасаются, так как кого не устрашит, кого не заставит трепетать это слово, если слушающий придет только в сознание самого себя? Кого не заставит убедиться, что вретище и самый строгий пост нужнее для нас, чем для народа ниневийского? Нам говорят не о разрушении града, не об общей погибели, но о муке вечной, об огне негасимом.

            5. Вот почему я отдаю честь и удивляюсь инокам, которые удалились в пустыни, будучи побуждены как другими причинами, так и этим словом Христовым. Они после обеда, или лучше сказать, после ужина (у них обеда иногда и не бывает, так как настоящую жизнь считают они временем плача и поста), - после ужина, вознося благодарственные песни Богу, воспоминают об этом слове. Если хотите слышать и самую песнь их, чтобы и вам всегда произносить ее, то я повторю вам всю эту священную песнь. Вот собственные слова ее: "Благословен Бог, питающий меня от юности моей, подающий пищу всякой плоти! Исполни радостью и веселием сердца наши, чтобы мы, имея всякое довольство, всегда избыточествовали во всяком деле благом, во Христе Иисусе, Господе нашем, с Которым Тебе слава, честь и держава, со Святым Духом во веки. Аминь. Слава Тебе Господи, Слава Тебе Святый, Слава Тебе Царю, что Ты дал нам брашна и веселие! Исполни нас Духом Святым, да обрящемся пред Тобою благоугодными, да не будем постыжены, когда Ты воздашь всякому по делам его". Вся песнь эта достойна удивления, особенно же конец ее. Так как за столом от пищи человек несколько забывается и тяжелеет, то они, вспоминая о времени суда, во время веселия словом Христовым, как бы некоторою уздою, укрощают душу. Они знают, что случилось с израилем от роскошной пищи: яде, и насытися, и отвержеся возлюбленный (Второзак. XXXII, 15). Так и Моисей сказал: ядый и пия, и насытився, вспомни Господа Бога Твоего (VI, 12, 11), потому что после пресыщения израильтяне отваживались на великие беззакония. Итак берегись, чтобы и с тобою не случилось чего-либо подобного. Хотя бы ты и не приносил в жертву камню или золоту овец и тельцов, но берегись, чтобы не принести своей души в жертву гневу, своего спасения - в жертву любодеянию или другим подобным страстям. Потому-то и иноки, опасаясь таковых падений, после стола, или лучше сказать после поста (так как они и за столом соблюдают пост) приводят себе на память страшный суд и последний день. Если же те, которые уцеломудривают себя постом, преклонением долу, бдением, вретищем и бесчисленными подвигами, имеют еще нужду в таком воспоминании, то как можем безбедно прожить мы, когда наши столы приводят в волнение страсти, а мы и садимся за стол, и встаем из-за него без молитвы? Для отвращения таких бед объясним всю песнь, которую мы привели, чтобы, узнавши пользу ее, всегда петь ее при столе, - укрощать тем неистовство чрева, и ввести у себя в домах обычаи и уставы земных ангелов. Самим бы вам надлежало сходить к ним, чтобы получить такую пользу; а если не хотите, по крайней мере из моих уст выслушайте это духовное сладкопение, и пусть каждый после стола произносит слова песни, начиная так: Благословен Бог!Так, в самом же начале они исполняют апостольскую заповедь, которою предписывается: все, еже аще творим словом и делом, творим во имя Господа нашего Иисуса Христа, благодаряще Бога и Отца тем (Колос. III, 17). Итак, благодарить должно не за один настоящий день, но за целую жизнь, почему и сказано: питающий меня от юности моей. И здесь-то заключается учение любомудрия. Если Бог питает, то самому не нужно заботиться. Если бы царь обещал тебе давать на ежедневное пропитание из своей казны, то ты остался бы спокойным; тем более должен быть ты свободен от всякой заботы, когда сам Бог дает и все тебе от Него рекою течет. Для того-то они и произносят такие слова, чтобы убедить себя и поучаемых ими отрешиться от всякого житейского попечения. Далее, чтобы ты не подумал, что они воздают такую благодарность только за самих себя, присовокупляют: подающий пищу всякой плоти, - благодаря тем за весь мир. Как отцы всей вселенной, они за всех благословляют Бога, возбуждая себя к искреннему братолюбию; они не могут ненавидеть тех, за которых благодарят Бога, питающего их. Видишь ли из сказанного теперь и прежде, как благодарение ведет к любви, и удаляет житейские попечения? Если Господь питает всякую плоть, то тем более уповающих на Него. Если питает связанных житейскими заботами, то тем более тех, которые свободны от них, как то и Христос подтвердил, сказав: скольких птиц лучше есте вы (Лук. XII, 7). Этими словами Он научал не надеяться на богатство и плодоношение семян. Не это питает, а слово Божие. Таким образом иноки своею песнью посрамляют манихеян и валентиниан, и всех их единомышленников. В самом деле, нельзя почитать злым того, кто свои блага предлагает всем, даже и тем, которые хулят его. Далее следует прошение: исполни радостию и веселием сердца наша. Какою радостью: не житейскою ли? Нет. Если бы иноки желали такой радости, то не стали бы жить на высотах гор и в пустынях, не стали бы облекаться во вретище. Напротив, они говорят о той радости, которая не имеет ничего общего с настоящею жизнью, - о радости ангельской, о радости горней. И не просто испрашивают они радости, но просят ее в великом избытке. Не говорят: дай; но: исполни; не говорят: исполни нас, но: сердца наши. Такая-то радость и есть преимущественно радость сердца. Плод духовный, говорится, любы, радость, мир (Галат. V, 22). Так как грех породил печаль, то они просят водворить в них вместе с радостью правоту; иначе и быть не может радости. Чтобы мы, имея всякое довольство, всегда избыточествовали во всяком благом деле. Вот исполнение евангельского слова: хлеб наш насущный даждь нам днесь (Лук. XI, 3). Смотри, как они ищут и самого довольства только для души: чтобы мы избыточествовали во всяком деле благом. Не сказали, чтобы мы исполнили только должное, но - даже и более заповеданного. Это-то и значат слова: чтобы мы избыточествовали. И хотя просят у Бога довольства только в необходимом для жизни, но сами готовы повиноваться не столько, сколько от них требуется, но с великим преизбытком во всем. Так всегда и во всем избыточествовать свойственно рабам благонамеренным, мужам любомудрым. Потом, опять напоминая себе о своей немощи и о том, что без вышней помощи ничего доброго не могут сделать, они к словам: чтобы мы избыточествовали во благом деле, присоединяют еще: во Христе Иисусе Христе нашем, с Которым Тебе слава, честь и держава во веки, аминь. Таким образом они и начинают, и оканчивают песнь благодарением.

            6. После этого они опять начинают как бы снова, но в самом деле продолжают то же. Подобным образом и Павел, начало послания окончив славословием и сказав: по воле Бога и Отца, Емуже слава во веки, аминь (Галат. I, 4, 5), вслед затем начинает раскрывать содержание своего послания. Равным образом и в другом месте, сказав: почтоша и послужиша твари паче Творца, иже есть благословен во веки, аминь (Римл. I, 25), не окончил речи, а продолжает ее и далее. Итак, не будем винить и этих ангелов за то, что они не соблюдают порядка, когда, заключивши речь славословием, опять продолжают священные песни. Они следуют примеру апостолов, когда начинают славословием и оканчивают тем же и, по таком окончании, начинают снова. Итак говорят: слава Тебе Господи, слава Тебе Святый, слава Тебе Царю, что Ты дал нам брашна в веселие! Благодарить должно не за великие только благодеяния, но и за малые. Благодаря же и за малые, они обличают ересь манихеев и всех тех, кто говорит, что настоящая жизнь есть зло. Чтобы ты, судя по высокому их любомудрию и по тому, что небрегут о чреве, не заключил, что они гнушаются брашен подобно самоубийцам, они своею молитвою научают тебя, что воздерживаются от многого, не по отвращению от созданий Божий, но по любви к подвижничеству. И смотри, как они, возблагодарив за ниспосланные уже блага, просят других больших, и не останавливаются на житейских, но возносятся превыше небес, и говорят: исполни нас Духом Святым! Не исполнившись благодати Духа, ни в чем нельзя иметь надлежащего успеха, равно как нельзя совершить ничего доблестного и великого без помощи Христовой. И как они к словам: чтобы избыточествовали во всяком деле благом присоединяют: во Христе Иисусе, так и здесь говорят: исполни нас Духом Святым, да окажемся благоугодными пред Тобою. Видишь ли, что они о житейском не молятся, а только благодарят, о духовном же и благодарят, и молятся? Ищите, сказал Христос, царствия небесного, и сия вся приложатся вам (Матф. VI, 33). Примечай и дальше их любомудрие. Да окажемся, говорят они, пред Тобою благоугодными, да не будем постыжены. Мы не боимся, говорят они, посрамления людского; что бы люди ни говорили о нас в насмешку и поношение, мы не обращаем на то никакого внимания. Мы о том только заботимся, чтобы тогда не постыдиться. А когда говорят это, помышляют об огненной реке, о награде, о почестях. Не сказали: чтобы нам не потерпеть наказания; но: чтобы не постыдиться. Явиться оскорбителями Господа для нас страшнее геенны. Но так как многих беспечных это не устрашает, то они присоединяют: когда воздашь комуждо по делом его. Видишь, сколько приносят нам пользы эти странники и пришельцы, пустынножители, или лучше - небожители. Мы странники небесные, а жители земные; а они - наоборот. После такой песни, исполнившись умилением, с горячими и обильными слезами, они отходят ко сну и спят столько, сколько потребно для малого успокоения. И опять ночь превращают в день, проводя время в благодарениях и псалмопениях. И не одни только мужи, но и жены упражняются в таком любомудрии, побеждая немощь естества избытком усердия. Итак мы, мужи, устыдимся крепости жен и перестанем заботиться о настоящем - о тени, о мечте, о дыме. Большая часть жизни нашей проходит в бесчувствии. В юности мы почти вовсе неразумны; когда наступает старость, то притупляется в нас всякое чувство. Остается небольшой промежуток, в который мы с полным чувством можем наслаждаться удовольствием; да и в это время мы не наслаждаемся вполне, по причине бесчисленных забот и трудов. Потому-то и убеждаю искать благ неизменных, нетленных, и жизни никогда нестареющейся. Можно, ведь, Аще кто хощет по Мне ити.  Я не заставляю, говорит Господь, не принуждаю; но предоставляю это собственной воле каждого. Потому и говорю: аще кто хощет. Я приглашаю на доброе дело, а не на злое и тягостное, не на казнь и мучение, к чему Мне нужно было бы принуждать. Дело само по себе таково, что может вас привлечь. Говоря таким образом, Христос только сильнее привлекал к последованию за Ним. Тот, кто принуждает, часто отвращает; а кто предоставляет слушателю свободу, скорее привлекает. живя и в городе подражать любомудрию пустынножителей; и женатый и семейный может и молиться, и поститься, и приходить в умиление. Так первые христиане, наученные апостолами, жили в городах, а являли благочестие свойственное пустынножителям; иные занимались и рукоделием, как-то: Прискилла и Акила. Да и все пророки имели и жен, и домы, как например: Исаия, Иезекииль, великий Моисей; однако это не препятствовало им быть добродетельными. Им и мы подражая, будем всегда благодарить Бога и всегда воспевать Его; будем стараться о целомудрии и прочих добродетелях, и введем любомудрие пустынников в городах, чтобы нам явиться и пред Богом благоугодными, и пред людьми - почтенными, и чтобы нам удостоиться будущих благ благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, чрез Которого и с Которым Отцу слава, честь, держава, со Святым и животворящим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.




      Прочтите толкования:

      Крейг Кинер.Культурно-исторический комментарий в неделю 18-ую по Пятидесятнице

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Апостольское чтение)

      Ахиепископ Феофилакт Болгарский. Толкование в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Cвятитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

      Святитель Димитрий Ростовский. В неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Праведный Иоанн Кронштадтский. Cлово в неделю по Воздвижении, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня (Евангельское чтение)

      Святитель Иоанн Златоуст.Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

      Святитель Филарет Московский(Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)






         Святитель Филарет Московский (Дроздов). Беседа LV в неделю 18-ую по Пятидесятнице (Евангельское чтение)

       Отец Небесный не судит никому, но веnesenie_kresta_4.jpgсь суд отдал Сыну Своему. Смотрите, как дивен суд Его. Как он точен и строг! Ибо наказание с преступлением измеряется одною и тою же мерою. Если человек постыдится Христа; вот преступление: — и Христос постыдится человека; — вот наказание. Но как вместе и снисходителен суд сей! Сколько дерзновенный раб захочет унизить пред очами своими Господа славы: столько, а не более, Господь славы хочет унизить пред Собою раба дерзновеннаго: «иже аще постыдится Мене: и Сын человеческий постыдится его».
         Но каким бы в сем случае ни являлся нам Верховный Судия, строгим ли, дабы устрашить нас, и страхом спасти от преступления и осуждения, снисходительным ли, дабы устыдить нас, и стыдом спасительным предупредить стыд законопреступный, самое преступление, на которое произносится суд, кажется, может возбудить в нас весь ужас отвращения, и все внимание осторожности. Как? Будут люди, которые подумают, что Сын человеческий и словеса Его, то есть, Христос и Христианство, делают им стыд? — К сожалению невозможно в сем сомневаться. Будет то, что предсказывает Истина. Всеведущий Судия не провозглашал бы наказания, если бы не предвидел преступления.
         Чтобы некогда Господь наш не постыдился нас, Христиане, нужно нам, в предосторожность нашу, внимательно размыслить, что значит «постыдиться Сына человеческаго и словес Его», и как можно впасть в сие преступление.
          «Иже аще постыдится Мене и Моих словес в роде сем прелюбодейнем и грешнем: и Сын человеческий постыдится его, егда приидет во славе Отца Своего со Ангелы святыми».
         Стыдятся обыкновенно нечистаго, низкаго, презреннаго. Как же можно постыдиться Иисуса Христа всечистаго, превознесеннаго, препрославленнаго? Что значит в сем случае «постыдиться»?
         Дабы определить разум сего слова в устах Иисуса Христа, надлежит вспомнить, что пред тем говорил Он о кресте. «Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет» (Мк.8:34). Но что был крест в очах людей, прежде нежели крестная смерть и воскресение Спасителя нашего, представили оный и по внутреннему знаменованию величественным, и чрез то купно и по внешнему знаменованию священным? Он был орудие смерти для осужденных, и между осужденными для рабов, или для людей, признаваемых достойными вместе и наказания и поругания. Посему вероятно, что люди, привыкшие ценить вещи ценою народнаго мнения, услышав учение о кресте, тотчас подумали, как трудно последовать Учителю, Который готовится и готовит учеников своих к такому необыкновенному позору; вероятно, что люди отличной образованности и изящнаго вкуса по своему времени, стыдились даже стоять между слушателями такого Учителя, Который преподает столь странное учение. На сии помышления и чувствования испытующий сердца Учитель ответствует: «иже аще постыдится Мене и Моих словес в роде сем прелюбодейнем и грешнем: и Сын человеческий постыдится его, егда приидет во славе Отца Своего со Ангелы святыми». Из сего можно заключить, что «стыдиться Сына человеческаго» определительно значит стыдиться Иисуса Христа, яко распятаго; и что стыдиться «словес» Его значит стыдиться учения о кресте. Предостережение против сего стыда очевидно нужно было для времен, в которыя господствовало Иудейство и язычество, и в которыя для опровержения Христианской веры, и для осмеяния Христиан, как безумных, довольным почитали сказать, что они веруют в Распятаго; — как безумных, говорю я; ибо точно сие говорит Апостол: «слово крестное погибающим юродство есть»; — «мы проповедуем Христа распята, Иудеем убо соблазн, Еллином же безумие» (1 Кор. I:18, 23); и посему тот же Апостол, вместо того, чтобы объявить себя приемлющим учение Христово, верующим ему, благоговеющим пред ним, почел довольным сказать, что не стыдится онаго: «не стыждуся благовествованием Христовым; сила бо Божия есть во спасение всякому верующему» (Рим. I:16).
         Должно заметить, что то же преступление, которое Иисус Христос называет стыдом имени Его и учения, иначе называет Он «отвержением Его», или отречением от Него: «иже отвержется Мене пред человеки, отвергуся его и Аз пред Отцем Моим, иже на небесех» (Мф.10:33). Стыдиться Христа есть начало, а отречься от Него есть совершение одного и того же преступления. Как «сердцем веруется в правду; усты же исповедуется во спасение» (Рим. X:10): так сердцем стыдятся Христа в осуждение, чувствуют тягость и затруднение от Его учения, как несообразнаго с понятиями гордаго разума, с похотями плоти, с обычаями века сего; и в следствие таковых внутренних расположений, устами, делами и всею жизнию отрекаются от Него к погибели.
         Нет сомнения, что каждый благомыслящий Христианин чувствует важность сего преступления, разсматриваемаго во всем его пространстве: и может быть, некоторые думают, что самая тяжесть онаго избавляет их от опасения, чтобы не впасть в оное. Не удивляюсь, если благонамеренные, но не опытные в Христианстве, так думают. Так думал Апостол Петр, когда на предсказание Иисуса Христа, что все Апостолы соблазнятся о Нем в следующую ночь, сказал Господу: «аще и вси соблазнятся о Тебе, аз никогда же соблазнюся» (Матф. 26:33). И еще на предсказание о его троекратном отречении от Христа: «аще ми есть и умрети с Тобою, не отвергуся Тебе». Так и все Апостолы думали: «такожде и вси ученицы реша» (Матф. 26:35). Но известно, что было в следующую ночь: «тогда ученицы вси оставльше Его, бежаша» (Матф. 26:56). И Петр, который менее всех опасался падения, пал бедственнее всех прочих. Отчего же сие случилось? От того наиболее, что Петр не опасался пасть так глубоко; а того еще не изведал, как древний человекоубийца тростием и изгребием закрывает пропасти, чтобы навести на них и низринуть неосторожнаго. Если бы кто из явных и сильных врагов Христовых напал на Петра: он увидел бы опасность, и вооружился бы мужеством. Если бы прямо сказали ему: отрекись от Христа: он ужаснулся бы сего преступления, и, может быть, подлинно решился бы в ту же минуту, до смерти стоять в исповедании осуждаемаго на смерть Иисуса. Вместо того, «приступи к нему едина рабыня»: чего тут опасаться? Она ничего не говорит, и вероятно, ничего не понимает, ни о вере во Христа, ни о исповедании Его; а только любопытствует о том, кого видали с Ним вместе: «и ты был еси со Иисусом Галилейским» (Мф.26:69). Петр подумал, может быть, что не стоит труда входить в разговор о Христе с людьми, которые так далеки от Его таин, и что сие значило бы метать бисер пред свиниями. По видимому, он старался только прекратить речь. «Не вем, что глаголеши» (Мф.26:70), сказал он; я тебя не понимаю: и не сведал, как постыдный для Апостола стыд Сына человеческаго прокрался в сердце Апостола. Нападение повторено сильнее прежняго: ибо другая рабыня указала его «сущим тамо». Надлежало усилить отпор: и Петр сказал «с клятвою, яко не знаю человека» (Мф.26:71—72). Таким образом уклонение от разговора о Иисусе не приметно превратилось в отречение от Его лица. Еще нападение и улика, — и Петр «начат ротитися и клятися, яко не знаю человека» (Мф.26:74), то есть, всеми силами отрицаться от Него. Сие нечаянное и глубокое падение Петра, горько им оплаканное, попущено Провидением Божиим не для его только испытания, но и в наставление всем нам, Христиане. Он преткнулся, дабы мы научились осторожно ступать по пути спасения. «Мняйся стояти да блюдется, да не падет» (1 Кор. X:12). Если мы думаем, что решились бы пожертвовать жизнию за Христа, когда бы то нужно было: то дабы сим приятным уверением, подобно Петру, не обмануть самих себя, мы должны тщательно смотреть за собою, как поступаем в тех случаях, когда для неизменнаго исповедания Христа нужно пожертвовать чем либо гораздо менее важным, нежели жизнь.
         Подходит рабыня суетных приличий, и ни на чем добром не основанных обычаев, называемая в мире образованностию или людскостию (как будто без нея люди и людьми бы не были, и образа не имели), и говорит человеку, желающему быть последователем распятаго Иисуса: не ужели подлинно ты хочешь оставить путь столь многих людей разумных, разборчивых, сильных, богатых, почитаемых, любезных, которых образ жизни столько же приятен для них самих, сколько и всеми одобряем? Не ужели откажешь себе в удовольствиях и некоторых вольностях, которыя почти у всех почитаются невинными? Не ужели решишься быть странным в очах света и притчею общества? Не ужели будешь мучить себя подвигами, убивать постом, изнурять строгостями, которыя в самых отшельниках суть действие излишней, может быть, и не разсудительной ревности? До кого из желающих итти путем Христовым не доходят такия речи? К кому не приходят иногда такие помыслы? Что же скажем на сие, Христиане? Кажется, здесь дело идет не о том, чтобы отречься от Христа; нас хотят только пристыдить подозрением, «не были ль мы со Иисусом Галилейским», или не хотим ли вместо светскаго вечера, быть с Ним на всенощном бдении Его в саду Гефсиманском, где и Сам Он был с тугою и скорбию с болезненным, хотя притом совершенно свободным и охотным пожертвованием Своея воли. Нет, — говорят иные в тайных помыслах, я совсем не понимаю, что значит быть в саду Гефсиманском; я знаю, и хочу знать только такое Христианство, которое утешает, а не такое, которое учит лишаться, страдать, и каким-то непонятным образом умирать самому себе: «не вем, что глаголеши». Ах! Поберегись, желающий спасти душу свою! Если так говоришь ты: то уже ты последователь не Иисуса, возставляющаго падших, но Петра падающаго. Если ты сказал теперь об отречении от мира и от самого себя, о участии в страданиях Христовых и о крестном слове: «не вем, что глаголеши»: можно ли быть уверену, что не скажешь вскоре о Самом Христе: «не знаю человека»?
         Войдем в какое нибудь из обыкновенных собраний, в доме или «на преддвории» (Мк.14:68); поищем Христиан между сынами века сего вслушаемся в разговоры. Тотчас услышим ласкательство, злоречие, голос тщеславия, корысти, смех легкомыслия, вопли нетерпеливости, суждения о всем, что знают, и чего не разумеют. Но скоро ли найдем беседу, и в беседе человека, который бы свободно произносил слово, солию мудрости Евангельской растворенное, разсуждал с чадами плоти о душе, и сынам века сего напоминал о вечности? От чего же так редко говорят Христиане языком Христианским? — Они боятся, чтобы их не узнали, как Христиан, и за то не поругались им сыны века сего; чтобы им не сказали: «беседа твоя яве тя творит» (Мф.26:73). И так они таятся и молчат; — и не примечают, что стыдятся Сына человеческаго, и что их молчание иногда довольно внятно говорит миру о Иисусе: «не знаю человека»!
         По сим примерам каждый может указать сам себе многие случаи в жизни, в которых мы более или менее приближаемся к опасности постыдиться Сына человеческаго, или совсем отречься от Него. Будь осмотрителен, Христианин, старайся благовременно примечать, где враг спасения твоего ставит тебе ковы на пути последования Иисусу Христу, дабы или осторожно миновать оные, или мужественно разрушать. Или пусть бы не входил Петр во двор Архиереев на столь близкую опасность; или, вошедши, уже не отступал бы так далеко назад от Того, Которому хотел так близко последовать. И ты, Христианин, или не приближайся, если можно, к людям, которые имеют безстыдство стыдить тебя тем, что составляет твою славу: или, если необходимо приближиться к ним, «глаголи о свидениях» Христовых пред кем бы то ни было, «и не стыдися» (Пс.118:46). Не являй своего дела благочестия, не провозглашай своего слова о спасении, когда не призывает тебя к сему никакая обязанность, и не вызывает на то слава твоего Спасителя, чтобы тебе не впасть в лицемерие или тщеславие: но не оставляй Богоугоднаго дела потому, что миру кажется оно странным; и когда захотят отлучить тебя от участия в скорбях, страданиях и поношениях распятаго Иисуса, скажи с благородною твердостию: «знаю человека», и желаю с Ним жить и умереть, чтоб и по смерти жить с Ним как с моим Спасителем и Богом. Не постыдись, когда крестом Христовым хочет стыдить тебя «род прелюбодейный и грешный», да не будешь постыжден «пред Ангелами Святыми, пред Сыном человеческим во славе Его, и пред Отцем Его небесным», но да внидешь во славу Того, Которому подобает слава во веки. Аминь.


           Вы можете ответить на вопросы в комментариях


      Оставить отзыв

      Текст сообщения*
      Защита от автоматических сообщений

      ВКонтакт Facebook Одноклассники Twitter Яндекс Livejournal Liveinternet Mail.Ru