Банер участника Конкурса Христианских сайтов 2015 на bible8.eu

Неделя 10-aя по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого юноши
Неделя 10-aя по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого юноши

На церковнославянском языке

14 И при­­шéдшымъ и́мъ къ нарóду, при­­ступи́ къ немý человѣ́къ, клáняяся емý

15 и глагóля: Гóсподи, поми́луй сы́на мо­егó, я́ко на нóвы мéсяцы бѣснýет­ся и злѣ́ стрáждетъ: мнóжицею бо пáдаетъ во óгнь и мнóжицею въ вóду:

16 и при­­ведóхъ егó ко ученикóмъ тво­и́мъ, и не воз­могóша егó исцѣли́ти.

17 Отвѣщáвъ же Иисýсъ речé: о, рóде невѣ́рный и развращéн­ный, докóлѣ бýду съ вáми? докóлѣ терплю́ вáмъ? при­­веди́те ми́ егó сѣ́мо.

18 И запрети́ емý Иисýсъ, и изы́де изъ негó бѣ́съ: и исцѣлѣ́ óтрокъ от­ часá тогó.

19 Тогдá при­­стýпльше ученицы́ ко Иисýсу на еди́нѣ, рѣ́ша: почтó мы́ не воз­могóхомъ изгнáти егó?

20 Иисýсъ же речé и́мъ: за невѣ́р­ст­вiе вá­ше: ами́нь бо глагóлю вáмъ: áще и́мате вѣ́ру я́ко зéрно горýшно, речéте горѣ́ сéй: прейди́ от­сю́ду тáмо, и прéйдетъ: и ничтóже невоз­мóжно бýдетъ вáмъ:

21 сéй же рóдъ не исхóдитъ, тóкмо моли́твою и постóмъ.

22 Живýщымъ же и́мъ въ Галилéи, речé и́мъ Иисýсъ: прéданъ и́мать бы́ти Сы́нъ человѣ́ческiй въ рýцѣ человѣ́комъ,

23 и убiю́тъ егó, и въ трéтiй дéнь востáнетъ. И скóрбни бы́ша зѣлó.


На русском языке

14 Когда они пришли к народу, то подошел к Нему человек и, преклоняя пред Ним колени,

15 сказал: Господи! помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто в воду,

16 я приводил его к ученикам Твоим, и они не могли исцелить его.

17 Иисус же, отвечая, сказал: о, род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? приведите его ко Мне сюда.

18 И запретил ему Иисус, и бес вышел из него; и отрок исцелился в тот час.

19 Тогда ученики, приступив к Иисусу наедине, сказали: почему мы не могли изгнать его?

20 Иисус же сказал им: по неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас;

21 сей же род изгоняется только молитвою и постом.

22 Во время пребывания их в Галилее, Иисус сказал им: Сын Человеческий предан будет в руки человеческие,

23 и убьют Его, и в третий день воскреснет. И они весьма опечалились.

(Мф.17:14-23)

     Апостольское чтение

Первое послание Апостола Павла к Коринфянам, глава 4

На церковнославянском языке

9 Мню́ бо, я́ко Бóгъ ны́ послáн­ники послѣ́днiя яви́, я́ко насмéртники: занé позóръ бы́хомъ мíру и áнгеломъ и человѣ́комъ.

10 Мы́ [ýбо] бýи Христá рáди, вы́ же мýдри о Христѣ́: мы́ нéмощни, вы́ же крѣ́пцы: вы́ слáвни, мы́ же безчéстни.

 11До ны́нѣшняго часá и áлчемъ, и жáждемъ, и наготýемъ, и стрáждемъ, и скитáемся,

12 и труждáемся, дѣ́ла­ю­ще сво­и́ми рукáми. Укоря́еми, благословля́емъ: гони́ми, терпи́мъ:

 13 хýлими, утѣшáемся {мóлимъ}: я́коже отрéби мíру бы́хомъ, всѣ́мъ попрáнiе досéлѣ.

14 Не срамля́я вáсъ сiя́ пишý, но я́коже чáда моя́ воз­лю́блен­ная наказýю.

15 А́ще бо [и] мнóги пѣ́стуны и́мате о Христѣ́, но не мнóги отцы́: о Христѣ́ бо Иисýсѣ благовѣ­ст­вовáнiемъ áзъ вы́ роди́хъ.

16 Молю́ же вáсъ: подóбни мнѣ́ бывáйте, я́коже áзъ Христý.

На русском языке

9 Ибо я думаю, что нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы приговоренными к смерти, потому что мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков.

10 Мы безумны Христа ради, а вы мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии.

11 Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся,

12 и трудимся, работая своими руками. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим;

13 хулят нас, мы молим; мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне.

14 Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих.

15 Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием.

16 Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу.

(1Кор.4:9-16) 

 

   Параллельные места 

Евангелие от Луки, глава 9

На церковнославянском языке

36 И егдá бы́сть глáсъ, обрѣ́теся Иисýсъ еди́нъ. И тíи умолчáша, и никомýже воз­вѣсти́ша въ ты́я дни́ ничесóже от­ тѣ́хъ, я́же ви́дѣша.

37 Бы́сть же въ прóчiй дéнь, сшéдшымъ и́мъ съ горы́, срѣ́те егó нарóдъ мнóгъ.

38 И сé мýжъ изъ нарóда возопи́, глагóля: учи́телю, молю́тися, при́зри на сы́на мо­егó, я́ко единорóденъ ми́ éсть:

39 и сé дýхъ éмлетъ егó, и внезáпу вопiéтъ, и пружáет­ся{терзáетъ егó} съ пѣ́нами, и едвá от­хóдитъ от­ негó, сокрушáя егó:

40 и моли́хся ученикóмъ тво­и́мъ, да ижденýтъ егó: и не воз­могóша.

41 Отвѣщáвъ же Иисýсъ речé: о, рóде невѣ́рный и развращéн­ный, докóлѣ бýду въ вáсъ и терплю́ вы́? при­­веди́ [ми] сы́на тво­егó сѣ́мо.

 42 Ещé же грядýщу емý, повéрже егó бѣ́съ и стрясé. Запрети́ же Иисýсъ дýхови нечи́стому, и исцѣли́ óтрока, и вдадé егó отцý егó.

43 Дивля́хуся же вси́ о вели́чiи Бóжiи. Всѣ́мъ же чудя́щымся о всѣ́хъ, я́же творя́ше Иисýсъ, речé ко ученикóмъ сво­и́мъ:

На русском языке

36 Когда был глас сей, остался Иисус один. И они умолчали, и никому не говорили в те дни о том, что видели.

37 В следующий же день, когда они сошли с горы, встретило Его много народа.

38 Вдруг некто из народа воскликнул: Учитель! умоляю Тебя взглянуть на сына моего, он один у меня:

39 его схватывает дух, и он внезапно вскрикивает, и терзает его, так что он испускает пену; и насилу отступает от него, измучив его.

40 Я просил учеников Твоих изгнать его, и они не могли.

41 Иисус же, отвечая, сказал: о, род неверный и развращенный! доколе буду с вами и буду терпеть вас? приведи сюда сына твоего.

42 Когда же тот еще шел, бес поверг его и стал бить; но Иисус запретил нечистому духу, и исцелил отрока, и отдал его отцу его.

43 И все удивлялись величию Божию. Когда же все дивились всему, что творил Иисус, Он сказал ученикам Своим:

(Лк. 9:36-43 ) 


Евангелие от Марка, глава 9

На церковнославянском языке

14 По предáнiи же Иоáн­новѣ, прiи́де Иисýсъ въ Галилéю, проповѣ́дая евáнгелiе цáр­ст­вiя Бóжiя

15 и глагóля, я́ко испóлнися врéмя и при­­бли́жися цáр­ст­вiе Бóжiе: покáйтеся и вѣ́руйте во евáнгелiе.

16 Ходя́ же при­­ мóри Галилéйстѣмъ, ви́дѣ Си́мона и Андрéа брáта [тогó] Си́мона, вметáюща мрéжи въ мóре: бѣ́ста бо ры́баря.

17 И речé и́ма Иисýсъ: прiиди́та вслѣ́дъ менé, и сотворю́ вáсъ бы́ти ловцá человѣ́комъ.

18 И áбiе остáвльша мрéжи своя́, по нéмъ идóста.

19 И прешéдъ мáло от­тýду, узрѣ́ Иáкова зеведéова и Иоáн­на брáта егó, и тá въ корабли́ стрóяща мрéжа:

20 и áбiе воз­звá я́. И остáвльша отцá сво­егó зеведéа въ корабли́ съ наéмники, по нéмъ идóста.

21 И внидóша въ капернаýмъ: и áбiе въ суббóты в­шéдъ въ сóнмище, учá­ше.

22 И дивля́хуся о учéнiи егó: бѣ́ бо учя́ и́хъ я́ко влáсть имы́й, и не я́ко кни́жницы.

23 И бѣ́ въ сóнмищи и́хъ человѣ́къ въ дýсѣ нечи́сте, и воз­звá,

24 глагóля: остáви, чтó нáмъ и тебѣ́, Иисýсе назаряни́не? при­­шéлъ еси́ погуби́ти нáсъ: вѣ́мъ тя́, ктó еси́, святы́й Бóжiй.

25 И запрети́ емý Иисýсъ, глагóля: умолчи́ и изы́ди изъ негó.

26 И стрясé егó дýхъ нечи́стый, и возопи́ глáсомъ вели́кимъ, и изы́де изъ негó.

27 И ужасóшася вси́, я́коже стязáтися и́мъ къ себѣ́, глагóлющымъ: чтó éсть сié? [и] чтó учéнiе нóвое сié, я́ко по о́бласти и духовóмъ нечи́стымъ вели́тъ, и послýшаютъ егó?

28 Изы́де же слýхъ егó áбiе во всю́ странý Галилéйску.

29 И áбiе изъ сóнмища изшéдше, прiидóша въ дóмъ Си́моновъ и Андрéовъ, со Иáковомъ и Иоáн­номъ.


На русском языке

14 После же того, как предан был Иоанн, пришел Иисус в Галилею, проповедуя Евангелие Царствия Божия

15 и говоря, что исполнилось время и приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие.

Проходя же близ моря Галилейского, увидел Симона и Андрея, брата его, закидывающих сети в море, ибо они были рыболовы.

17 И сказал им Иисус: идите за Мною, и Я сделаю, что вы будете ловцами человеков.

18 И они тотчас, оставив свои сети, последовали за Ним.

19 И, пройдя оттуда немного, Он увидел Иакова Зеведеева и Иоанна, брата его, также в лодке починивающих сети;

20 и тотчас призвал их. И они, оставив отца своего Зеведея в лодке с работниками, последовали за Ним.

21 И приходят в Капернаум; и вскоре в субботу вошел Он в синагогу и учил.

22 И дивились Его учению, ибо Он учил их, как власть имеющий, а не как книжники.

23 В синагоге их был человек, одержимый духом нечистым, и вскричал:

24 оставь! что Тебе до нас, Иисус Назарянин? Ты пришел погубить нас! знаю Тебя, кто Ты, Святый Божий.

25 Но Иисус запретил ему, говоря: замолчи и выйди из него.

26 Тогда дух нечистый, сотрясши его и вскричав громким голосом, вышел из него.

27 И все ужаснулись, так что друг друга спрашивали: что это? что это за новое учение, что Он и духам нечистым повелевает со властью, и они повинуются Ему?

28 И скоро разошлась о Нем молва по всей окрестности в Галилее.

29 Выйдя вскоре из синагоги, пришли в дом Симона и Андрея, с Иаковом и Иоанном.

(Мк. 9:14-29 )




  Вопросы на понимание текста, для размышления над отрывками   

(при поиске ответов стоит заглядывать в параллельные места, если они есть     

  • Вспомните какой-нибудь эпизод. 
  • Где Бог творил чудеса по вере святых?
  • Как вы думаете, зачем отец юноши говорит Иисусу, что ученики не могли исцелить его сына?
  • Почему Христос отвечает отцу юноши именно так? 
  • Что здесь говорится о Христе?
  • Какое это имеет значение для нас, согласно отрывкам?
  • Какое это имеет значение для нас, согласно тексту в целом?
  • Что изменилось в вашем восприятии Христа после прочтения отрывков и проповедей?
  • Как это может повлиять на вашу жизнь?
  • Что было для вас особенно ценным в этом тексте?
  • Почему для вас это важно? 
  • Является ли Христос примером для вас, как мысль о Нем, о Его жизни и поступках поддерживает Вас?
  • Как это «ценное» влияет на вашу жизнь?
  • Кто в этой ситуации проявляет недостаточность веры? 
  • Почему, как вы думаете, род бесовский изгоняется молитвою и постом? 
  • Что здесь имеется в виду под верой? 
  • Как для вас лично связаны молитва, пост и вера?
  • Какие важные для вас вещи были в тексте?
  • Какие важные мысли прозвучали в толкованиях?
  • Каков основной вывод вы сделали из этого отрывка?
  • Представьте, как изменилась бы ваша жизнь, если бы ваша вера была больше, чем сейчас. 

Ответить на вопросы, поделиться своими размышлениями, можно, в комментариях.  






Прочтите толкования


Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года (книга) 
Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение)
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
МитрополитАнтоний Сурожский. Слово в 10-ю неделюпо Пятидесятнице. Исцеление бесноватогоотрока 


 1. Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года (книга)

(1Кор.4:9–16; Мф.17:14–23) «Сей род изгоняется только молитвою и постом» (Мф.17:21). Если сей род изгоняется молитвою и постом другого лица, то тем более войти не может в того, у кого есть собственный пост и молитва. Вот ограда! Хоть бесов бездна и весь воздух набит ими, но ничего не смогут сделать тому, кто огражден молитвою и постом. Пост – всестороннее воздержание, молитва – всестороннее богообщение; тот совне защищает, а эта извнутрь устремляет на врагов всеоружие огненное. 

Постника и молитвенника издали чуют бесы и бегут от него далеко, чтобы не получить болезненного удара. Можно ли думать, что где нет поста и молитвы, там уже и бес? Можно. Бесы, вселяясь в человека, не всегда обнаруживают свое вселение, а притаиваются, исподтишка научая своего хозяина всякому злу и отклоняя от всякого добра; так что тот уверен, что все сам делает, а между тем только исполняет волю врага своего. Возьмись только за молитву и пост – и враг тотчас уйдет и на стороне будет выжидать случая, как бы опять вернуться, и действительно возвращается, как только оставлены бывают молитва и пост.


     2. Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)   


9 Ибо я думаю, что нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы приговоренными к смерти, потому что мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков.

Иные думают, что в этом отделении продолжается начатая пред сим ирония; другие – что Апостол намеренно представил картину скорбного и уничиженного положения своего и всех Апостолов и причину его положил в особом намерении Божием, – чтоб те, которые не очистились еще от гордостных мирских воззрений, не смотрели на него и других Апостолов с презрением и не уничижали их за то. Последнее будто прямее идет. Но можно и первое видеть в иных выражениях. Таким образом совместится и то, и другое понимание этого отделения.

Ст. 9 Мню бо, яко Бог ны посланники последния яви, яко насмертники: зане позор быхом миру и ангелом и человеком.

Бо – ибо, – причина на умолчанную мысль. Желали бы мы вам воцариться, чтоб и самим с вами царствовать; да время не то. Ибо нынешнее время вот каково: скорби, смерти, лишения. И это по Божьему намерению. Бог так положил. Мню бо – полагаю наверное, то же – что, вижу. Хочет сказать: ибо очевидное дело, что Богу угодно было явить нас, Апостолов, последними, – последними по доле. Богу угодно было, чтоб мы состояли в самой последней, низкой доле, чтоб мы были как бы насмертники, люди на смерть осужденные и преданные позору, как, например, те, которых отдают на снедение зверям. Чтó это так, смотрите, что мы. – Мы позор быхом миру и Ангелом и человеком. Позор – зрелище, – не в славу, а к посрамлению и всестороннему унижению, хотя в духовном отношении это славно и величественно. Избираем из слов святого Златоуста некоторые положения: «Апостол говорит как бы: возвещаю, что настоящее время не есть время почестей и славы, но гонений и скорбей. Я вижу, что мы, Апостолы, всех презреннее и осуждены терпеть постоянные бедствия. Тех, которые посевают проповедь благочестия, Бог последними явил, как бы насмертниками, то есть как бы осужденными на смерть и достойными всякого рода смерти. – Зане позор быхом миру и Ангелом и человеком. Что значит: позор быхом миру? – Не в потаенном месте, говорит, и не в малой части вселенной мы подвергаемся этому, но везде и при всех. А что значит и Ангелом. Можно быть зрелищем для людей, но не для Ангелов, когда совершаемое маловажно; а наши, говорит, подвиги таковы, что они достойны быть зрелищем и для Ангелов (несмотря на то, что по видимости они так уничижительны). Они обращают на себя взоры не только людей, но и всего сонма Ангелов. Яко несть наша брань с человеками, но с бесплотными силами (Еф. 6:12), потому и смотрит на нас великое множество зрителей».

Но таковы Апостолы, то есть так уничиженны и бездольны только по внешности; в существе же дела то, что они производят, имеет всемирное значение. Люди, непросвещенные благодатию, этого не видят; просвещенные могут увидеть, если отбросят мирские понятия о светлости или несветлости внешних состояний; но Ангелы несомненно то видят. Злые видят, ибо разоряется их царство, а добрые видят, ибо их дело – содействовать распространению царства добра, которое составляет всегдашнюю их радость.

10 Мы безумны Христа ради, а вы мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии.

Наши лишения, скорби, насмертности – благо миру, не внешнее, а духовное и вечное. Доказательство тому – вы сами. Мы буи Христа ради, – «проповедуем то, что неверные признают буйством» (Феодорит). За нашу проповедь о Христе Господе Распятом все почитают нас безумными. И пусть их; мы на это не смотрим, ибо уверены, что это безумие есть истинная мудрость для тех, которые с верою принимают слово наше. Вы это знаете по опыту. Приняли вы слово наше, уверовали, прилепились к Господу и стали мудры о Христе, мудры истинною мудростию, которой никто в мире не имеет кроме верующих. Смотрите, как для вас все стало ясно; знаете вы, что есть Бог, чтó мир сей, как он начался и чем кончится, чтó человек и какая цель его, откуда зло и как уврачевать его, и проч. Кто в мире знает это так, как вы?!

Мы немощны, вы же крепцы. Надобно и здесь как в первом положении дополнение доразумевать: мы немощны Христа ради, вы же крепки о Христе. Мы немощны Христа ради в том отношении, что нас гонят, бьют, сажают в темницы; никакой в нас внешней силы нет, как нет и внешней мудрости. Но тем, которые последуют нашему учению, мы подаем нравственную крепость, которой никакая мирская сила преодолеть не может. Вы это знаете по себе. Как только положили вы последовать Господу, взяв крест Его с твердою решимостию исполнять заповеди Его, и крестились, – тотчас получили новую жизнь, и чрез возложение рук моих благодать Святого Духа, Который излил в вас нравственную силу, неодолимую для страстей, в вас восстающих, для прелестей мира, вас влекущих, для врага, вас борющего. Так стали вы крепки о Христе. Такой силы нигде в мире нет, и негде ее получить, кроме как в проповедуемой нами вере.

Вы славни, мы же безчестни. И здесь должно дополнить: мы бесчестны Христа ради, вы же славны о Христе. Это не новое что, а будто вывод из предыдущего. Какая уже тут честь, когда всюду считают безумными, гонят из города в город и из веси в весь, бьют, сажают в темницы? Апостол этим говорит будто: так-то мы бесчестны Христа ради. Но соответственно этому и в первом положении надо видеть тот же вывод: так-то вы славны о Христе, славны истинным ведением и нравственным совершенством, славны внутреннею славою, которая есть начало и задаток славы вечной о Христе Иисусе Господе, нашем.

11 Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся,

Не вам только такое благо принесть мы назначены, но разносить его по всему миру, чтобы сообщать его всем способным принять его. Но как для этого, не в начале только, а и всегда надлежит быть нам в уничиженном состоянии, по Божьему определению, то мы, как начали, так и доселе продолжаем вести последнюю долю, яко насмертники. До нынешнего часа и алчем, и жаждем, и наготуем. Не то, чтоб ходили без одежды, не пили и не ели, но одеваемся как пришлось, не имея в запасе одежд, кроме той, которую носим по заповеди Господа; едим и пьем, тоже как случится, оттого нередко бываем без пищи и пития. Апостол хочет сказать, что удовлетворение этих первейших потребностей телесных у них самое скудное и не составляет предмета их забот и попечений, а совершается, как Бог пошлет.

Одежда и пища нам достаются скудные, а жилища совсем не имеем, не имеем где главу подклонить: страждем и скитаемсяСтраждем – κολαφιζομεθα, – выражает, когда выталкивают кого из дому. Скитаемся – αστατουμεν, – остановиться негде на ночлег или для отдыха. Всюду нас гонят, толкают, мы и переходим с места на место.

12 и трудимся, работая своими руками. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим;

И труждаемся, делающе своими руками. Но где придется остановиться, мы не бываем в тягость, а тотчас беремся за работу, чтобы снискать себе пропитание трудовое.

Какая тяжелая доля! Но в уверенности, что так Бог судил, и в убеждении, что иначе невозможно быть устроену спасению мира, чего ради и Сам Господь не имел где главу подклонить, – мы несем свою долю благодушно и с радостию, – «не только не ропщем, но и радуемся, и тем, которые делают нам зло, воздаем добром» (святой Златоуст).

Укоряеми, благословляем: гоними, терпим:» (13)

Нас бранят, злословят, а мы благословляем, благие речи им говорим; нас гонят по неприязни, но мы сносим то благодушно, без серчания, не нарушая любви, и не допуская движений отмщения;

13 хулят нас, мы молим; мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне.

хулими, утешаемся:

нас хулят – βλασφημουμενοι, – клянут, не только презрительно поносят, но как на непотребных гнев небес призывают, а мы утешаемся, – παρακαλουμεν, – молим, подразумевается, Бога: они на нас кару с неба призывают, а мы просим им от Бога всякой милости.

Якоже отреби, – περικαθαρμα миру быхом, «то есть ничем не отличаемся от того, что в домах выбрасывается, как излишнее, овощей ли то очистки или другое что подобное. Так маловажными считает нас большая часть людей» (Феодорит). Как сор, который выметают из дома на двор, а потом и со двора, так нас сметают отовсюду, желая и из мира выместь. Всем попрание – (περιψημα), – этот же сор, выброшенный и всеми попираемый, без всякой опаски и всякого внимания.

Уничижительнее еще что-либо сказать уж и возможности нет.

Что должны были почувствовать при этом те из коринфян, которые говорили: Павел невиден, беден, живет своими руками, и подобное, – Аполлос лучше? А Аполлос не терпел того, что терпел святой Павел, и в других местах, и в Коринфе; и это за дело Божие, которого и они стали причастны. Не могли они не почувствовать, что то, что они считали не преимуществом в святом Павле, было преимущество, которому подобного ничего не было в Аполлосе или в другом ком из нас самих. – И стыд и скорбь!

14 Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих.

«Не для того, говорит, я сказываю вам это, чтобы пристыдить вас. Но пристыждение уже сделано. Потому он хочет этим выразить: не с худым, не с ненавистным намерением я сделал это. Ибо, сказавши слово, оправдывать его намерением, это – прекрасный способ врачевания. Невозможно было не говорить, потому что иначе они остались бы неисправленными, а сказавши, оставить рану без врачевания, также было бы опасно; посему он после обличения оправдывается. Это не только не уничтожает действия приложенного врачевства, но еще глубже внедряет его и между тем утоляет всю боль раны, ибо слушающий, что это говорится не с огорчением, но с любовию, скорее принимает вразумление. Впрочем и здесь великое обличение и укоризна. Он говорит не как учитель, не как Апостол,– что выражало бы достоинство, – но как отец: якоже чада возлюбленная наказую. Не просто чада, но и возлюбленная. Простите мне, говорит, если сказано что-нибудь неприятное, то это произошло от любви. Не сказал: обличаю, но наказую – вразумляю. Кто не стал бы слушать отца, сетующего и предлагающего полезные советы? Посему сказал это не прежде, но когда уже нанес поражение» (святой Златоуст).

15 Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием.

«Прочих учителей Апостол назвал пестунами, а себя отцом, потому что он первый принес им Евангельское учение» (Феодорит).

Пестуны суть учители, которые назидали их после святого Павла. Здесь разумеется Аполлос и свои коринфские наставники. При словах: чада возлюбленная иной мог подумать: «Что же? другие разве нас не любят? – Апостол отвечает будто: любят, но не так, как я. Они пестуны – педагоги, а я отец. Как в рассуждении детей отец – один, а пестунов бывает много, и против любви одного отца многого не достает в расположении тех многих, так и в рассуждении вас» (Феофилакт). «Апостол указывает не на достоинство свое, но на преизбыток любви. Он не укоряет других учителей, присовокупив: о Христе, и назвав их не льстецами, а пестунами, в означение, что они имели об них заботы и трудились ради их; но выразил и превосходство своей любви, и своего о них попечения, сказав: не многи отцы. – Таким образом, он не хотел ни указывать им на свое достоинство, ни напоминать, как много получили они от него пользы, но, согласившись, что и другие учители много потрудились для них, – ибо таково свойство пестунов, – преизбыток любви усвояет себе, ибо таково свойство отца. И не говорит только, что никто не любит их так, как он, – это было бы не доказательство, – но указывает и на самое дело. Какое? – О Христе бо Иисусе благовествованием аз вы родих. – О Христе Иисусе: я не приписываю, говорит, этого самому себе. Опять намекает на тех, которые присвояли учение себе самим. Ниже скажет: печать моего Апостолства вы есте (1 Кор. 9:2); выше сказал: аз насадих (1 Кор. 3:6); а здесь говорит: аз – родих. Не сказал: я возвестил слово, но: аз родих, употребив выражение, близкое к природе, ибо он старался об одном, как бы выразить любовь, какую питал к ним. Те, приняв от меня, воспитывали вас; а то, что вы стали верующими, произошло чрез меня. Так, сказав им: якоже чада, и желая показать, что это не слово лести, он указал на дело» (святой Златоуст).

Рождены коринфяне, то есть стали христианами, не чрез одно благовествование, но благовествование положило начало сему рождению и освещало все производство дела; потому и стоит одно. Бывает же рождение о Христе так: благовестием начинается вера, а потом, при действии благодати, и завершается им же; верующий крещается и получает новую жизнь о Христе; затем новый сей человек помазуется Духом чрез возложение рук (ныне миропомазание). И вот совершенный христианин, то есть помазанный Духом и ставший духовно Христовым или Христом.

16 Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу.

Неожиданное приложение! Почему трудно угадать прямую мысль Апостола. Феодорит перефразирует это место так: «Смиряйтесь, как смиряюсь я; терпите, что терплю я; хвалитесь страданиями, а не дарованиями». Феофилакт так: «Подражайте мне во всем, не возноситесь ни мудростию, ни богатством, и не разрывайтесь с братиями, но и мудростию, и богатством считайте одно то, чтобы любить Христа и братий о Христе. Смотри, какая нежность! – Просит, а не заповедует

Может быть, Апостол хотел этим сказать только: смотрите же, не отделяйтесь от меня душою вашею, но, пребывая верными и учению, и заповедям Христовым, помните и меня, и не прерывайте со мною духовного общения и союза сердечного. Молю же стоит вместо всех убеждений, ибо когда любящий молит о любви, кто противиться может?

Святой Златоуст извлекает из сих слов общеназидательный урок. «О, какое дерзновение учителя. Сколь верным он был образом Христа, если и другим указывает на это. Впрочем, здесь он не превозносит себя, но показывает легкость добродетели. Не говори: я не могу подражать тебе, ты – учитель, и великий учитель. Не такое расстояние между мною и вами, какое между мною и Христом, и однако я подражал Ему. Когда он пишет к ефесеям, то не предлагает в посредники себя самого, но прямо руководит всех их к Богу: бывайте подражатели Богу (Еф. 5:1); а здесь, так как обращал речь свою к немощным, представляет посредствующим себя самого. С другой стороны, показывает, что и таким образом можно подражать Христу. Ибо кто подражает верному образу, тот подражает первообразу».





Прочтите толкования 

Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение) 
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)

 

 Мысли митрополита Антония (Храповицкого), высказанные им в проповедях
(Параллельное место)

(Мк.9:17-31). Беснование не грех, а испытание. В бесновании действие не зависит от человека. В нем две воли: одна служащая бесам, а другая противящаяся этому служению. Если сравнить бесноватого со многими теперь признаваемыми здоровыми, то мы должны признать, что бесноватый ближе к Богу, чем эти, так называемые нормальные люди. Он мучился и страдал от власти диавола над ним, а эти не страдают, хотя они одержимы бесом гордости и прочих страстей. Теперь бесноватых в этом смысле, упорно одержимых страстями, не меньше, а больше, чем раньше. И они не плачут и не страдают от этой страшной власти. Бесноватых, как этот юноша, меньше среди теперешнего грешного общества потому, что последнее само служить диаволу и одержимый бесом не есть всем бросающееся в глаза исключение.

«Изыди из него и к тому не вниди.» Диавол входит в человека и выходит и снова входит в него. Против него средство – молитва и пост.

Как силен пост. И как сильна молитва. Вдумайтесь в страшное явление одержимости человека бесом и сообразите, как далеки от истины и действительности осуждающие молящихся. Установление постов, это не расписание жизни и еды, но указание значения поста. Каждый должен помнить, что и он может впасть в руки диавола, и молиться, чтобы его не постигло беснование.




Прочтите толкования

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года (книга)  
Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение) 
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)
  


 Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. (Евангельское чтение)

<...> Это было в то время, как о том говорится в сегодняшнем евангельском чтении, когда Господь Иисус Христос сошёл с Фаворской горы, когда только что совершилось Преображение Его плоти, явление славы Божьей на Фаворской горе. Вот они спускаются оттуда, внизу их ждут другие ученики, и дальше они идут уже все. Встречает их народ, толпа, и среди неё — несчастный человек, отец очень больного юноши, мальчика, который ещё от рождения оказался во власти злых духов, бесовской власти — одержимый. Он бросался всё время то в огонь, то в воду, Бог знает, что с ним происходило... Отец очень мучился за своего ребенка, так же, как и сам ребёнок мучился. И вот как раз после того, как ученики увидели Славу Божию, во всей Её красоте, самое прекрасное, что только может быть в мире, они видят ужасную картину одержимости этого мальчика, и страшное горе отца, который молит Христа: «Спаси и помилуй сына моего». Он уже обращался к ученикам, в ожидании Христа-Спасителя, просил их исцелить сына, но они не смогли. И вот Христос исцеляет этого мальчика, одержимого злым духом: «Доколе терпеть буду вас?» Изгоняет из него этого злого духа, мальчик исцеляется.

Через некоторое время, когда уже ушли отец и исцелённый мальчик, ученики спрашивают Спасителя: «А почему мы не могли его исцелить? Он обращался уже к нам, и никто из нас не мог его исцелить. Почему?» На это Христос им отвечает: «Из-за вашего маловерия. Было бы больше веры и была бы она такой, какой она должна быть — исцелили бы».

Как же это — «по вашему маловерию?» Разве они не верили в Бога, притом, больше чем другие? Разве они не верили во Христа так, как никто другой? Какую веру, братья и сёстры, имеет в виду Христос, когда говорит: «По вашему маловерию»? Мало у них было веры в собственные силы, облагодатствованные силой Духа Святого, силой Божией? Мало у них было веры в силу Божью, действующую здесь на земле почти всегда через людей, ту силу, которая была дана апостолам, да только они мало в нее верили. Это не в первый раз так было с ними. По их маловерию не совершалось чудо, не совершилось то, что могло бы совершиться, если бы они верили, как надо. Помните бурю на море? Помните, как апостол Пётр, которого позвал Христос во время той бури, пошёл к Нему, да не хватило веры и он стал тонуть? «Хоть Ты меня и зовёшь, хоть Ты и велишь мне это, Ты — Богочеловек с Божьей силой велишь мне, и Божью силу я видел столько раз, она действовала всегда вокруг нас в Тебе — а вот сейчас не верю, что она меня поддержит и я не утону.» И стал тонуть! Христос его обличил в маловерии...

А потом были другие случаи, когда у них не хватало веры в силу Божию. Все чудеса, например, с хлебами — превращение пяти хлебов во множество, насытившее пять тысяч человек — то же самое! В тех случаях так же проявлялся недостаток веры в силу Божию, которая может совершить всё. Вот Христос и говорит: «По маловерию вашему в силу Божию не совершилось этого исцеления. А если бы была в вас вера с горчичное зерно, с самое маленькое зёрнышко из всех зёрен, какие есть, если бы была у вас вера вот с это горчичное зерно, так горы бы переставляли с места на место! Всё невозможное стало бы вам возможным.

Что же это за вера, братья и сёстры, с горчичное зерно? И почему Христос именно горчичное зерно привёл в пример той веры, которая должна быть у людей; должна быть и у Его учеников, и у всех нас, чтобы совершалось в жизни нашей то, что должно совершаться с Божьей помощью, Божьей силой? Всё то хорошее, к чему мы стремимся, чего мы хотим, самые высокие цели, которые мы перед собой ставим, окажутся достижимыми, если будем иметь такую веру с горчичное зерно. Что это такое — горчичное зерно? И какая это вера, которая должна быть похожа на него?

Это горчичное семечко — зерно, оно самое маленькое, но из него вырастает большое, тенистое, сильное дерево, необычайно сильное, потому что внутри этого зернышка есть особенная сила, обладающая особенной жизнеспособностью. Самое маленькое ядро этого самого маленького зерна оказывается обладает необычайной, животворящей, живоносной силой. Такой и должна быть наша вера в Бога и в Его силу, всегда здесь действующую. Именно такой! И тогда будем переставлять горы с места на место и, по слову Христа, невозможное окажется для нас возможным. Такая должна быть вера в силу Божью, которая помогает нам, нас облагодатствует и делает нас настолько сильными. Какие бы в жизни мы ни ставили — пусть самые маленькие — цели, мы говорим о том, что они неисполнимы, не верим ни в собственные силы, ни в силу Божью, которая нам могла бы помочь, если бы мы захотели верить в неё так, как надо.

Для того, чтобы какое-нибудь дело сделать маленькое, как горчичное зерно, мы хотим иметь веру, которая была бы похожа на гору, а нужно как раз наоборот. Нужно, чтобы вера наша была бы сильной-пресильной, и тогда самые большие цели нашей жизни, самые трудные задачи, которые перед нами стоят, будут осуществимы. Этот живец веры, внутреннее ядро нашей веры, должно быть таким. Мы свою веру облекаем Бог знает в какие оболочки. Эта вера превращается из маленького зерна, обернутая в эти оболочки, Бог знает в какую величину, а в сущности, внутри-то силы настоящей нет.

Вот, братья и сёстры, чему нас учит сегодняшнее Евангелие, о какой вере говорит Христос и какую веру в силу Божию, нам споспешествующую во всех наших делах, Он от нас требует и ожидает. Потщимся, попробуем вслушаться во всё то, о чём учит Евангелие о вере, и попробуем нашу веру, братья и сёстры, сделать посильнее, чтобы внутреннее ядрышко веры было похоже хоть сколько-нибудь на ту силу, которая кроется в ядре горчичного зерна. Аминь.




Прочтите толкования


Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение) 
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)
 
 

   1. Архиепископ Никифор (Феотокис). Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)

Что еще искони диавол, видя в рае блаженное и преславное человека состояние, позавидел оному и, ухитрився, причинил ему вред, доныне видимый, о том никто из верующих, читающих или слушающих Божественное Писание, конечно не сомневается; а что он и потом не престал всячески коварствовать и всесильно стараться прельщать и повреждать оному, сие явствует из ныне чтенного священного Евангелия. Сие же священное Евангелие показует купно и три крепчайшие оружия, то есть, веру, пост и молитву, посредством коих далеко отгоняется и совершенно разрушается его сила. Но поелику и доныне, хотя благодатию вочеловечения Господа нашего Иисуса Христа она и измождена, не престает он метать на нас разженные свои стрелы: то премного полезно будете для души слушание толкования прочтенных Евангельских словес.

Мф. 17:14-15 Во время оно, человек некий приступи ко Иисусу, кланяяся Ему и глаголя: Господи! помилуй сына моего, яко на новы месяцы беснуется, и зле страждет, множицею бо падает во огнь, и множицею в воду.

Богоглаголивые Апостолы не объявили ни о роде, ни об отечестве, ни о Богослужении, ни о состоянии сего человека, который приходил ко Иисусу и, преклонив колена пред Ним, просил его исцелить сына своего единородного, якоже свидетельствует священный Лука (Лк. 9:38). Умолчали же о сем, яко о ненужном и нимало не касающемся величия чуда и душевной нашей пользы. Приступил убо отец отрока ко Иисусу Христу, и кланяясь просил Его, говоря: «Господи! помилуй сына моего, яко на новы месяцы беснуется, и зле страждет». Каковы же были болезни новомесячного беснования, о коих Евангелист Матфей умолчал, описывает подробно Божественный Марко, свидетельствуя: «и идеже колиждо имет его, разбивает его, и пены тещит, и скрежещет зубы своими, и оцепеневает» (Мк. 9:18). Богоглаголивый же Лука придает к сему и вопль, и пену, и сокрушение: «и се дух емлет его, и внезапу вопиет и пружается с пенами, и едва отходит от него, сокрушая его» (Лк. 9:39). Люди, видя тогда, что болезнь сия случилась тогда, когда было полномесячие, верили, что луна сей болезни была причиною; почему лунатиками называли тако страждущих. Однако луна, свидетельствует Божественный Златоуст, несть вина луннаго беснования; но бесы, замечающие лунныя времена, в полномесячии нападали на человеков, да покажут, что дела Божия суть виною их несчастия (Злат. в бесед.). Приметь, что многое имеет сходство новомесячное беснование с болезнию, которую называют врачи падучею болезнию. Ибо что пишут два Евангелиста о сих луннобесных, то же самое видим и до ныне страждущих падучею болезнию. Хотя же врачи и утверждают, что падучая болезнь есть болезнь естественная, так как горячка, корчение жил, истерика и другие болезни, — а наипаче потому, что некоторые из них посредством врачебного искусства исцелили, как говорят, некоторых страждущих падучею болезнию: — однако из того, что повествуют Евангелисты, явствует, что бес мучил новомесячною болезнию страждущего (Смотр. о пад. болез. Тиссот.). И так что принять надобно за истину? Мы, во-первых, видим, что подверженные падучей болезни не токмо страждут во время полномесячия, но и во всякое другое время, и иные редко, иные же часто падают; иные токмо каждого месяца, другие в каждую неделю; одни в каждый день, а другие и на день часто. Убо следует, что другая болезнь есть новомесячная, а другая — падучая, хотя и имеют они сходство. Во-вторых же, что хотя и положим, что новомесячная болезнь есть падучая и следственно естественная; но из сего не следует, что бес не мучил таковою болезнию повествуемого в нынешнем Евангелии. Ибо диавол, по Божескому попущению, бывает причиною различных естественных болезней для человеческого наказания. Глухота и слепота суть естественные болезни: однако мы видим, что бес оных был причиною в немом и слепом, которых исцелил Иисус Христос. «И се, свидетельствует священное Евангелие, приведоша к Нему человека нема, то есть не могущего говорить, беснуема: и изгнану бесу, проглагола немый» (Мф. 9:32-33). И на другом месте: «тогда приведоша к Нему беснующася слепа и нема: и исцели его, яко слепому и немому глаголати и глядати» (Мф. 12:22). Болезнь и Иовля, хотя казалась естественною, однако была искушение и мучение диавольское. Мудры убо и достойны похвалы суть те христиане, которые, когда приключится им болезнь, немедленно призывают не токмо врача, да подаст им врачебные составы, но и священника, да принесет о здравии их прошения и молитвы. Но обратим внимание теперь и на прочее, что говорил отец отрочате.

Мф. 17:16 И приведох его ко учеником Твоим, и не возмогоша его исцелити.

Ужели по неверию так сказал отец на новый месяц беснуемого, уничижая учеников Христовых, или по простоте сердца и желая показать, что поелику те не могли, для того и пришел ко Христу, яко Всемогущему? Он пришел к Иисусу Христу с весьма малою верою, и более искушая, нежели веруя; ибо сказал Иисусу: «аще что можеши, помози нам» (Мк. 9:22). А если бы имел веру твердую и горячую, не сказал бы сего, но прямо бы веровал, что Иисус вся может, яко Бог всемогущий. И из ответа Иисусова к нему видно, что Он сказал сие, презирая учеников Его, и не доверяя, чтоб они могли исцелить того. Вот же какой ответ Господа Иисуса:

Мф. 17:17 Отвещав же Иисус, рече: о роде неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе терплю вас? приведите Ми его семо.

Негодует кроткий и смиренный сердцем (Мф. 11:29), и обличает беззлобный. Виждь же мудрость Боголепную и снисхождение Божественное: поелику всеобщее обличение есть легчайшее и сноснейшее пред частным и личным, то и говорит к нему вообще. Ибо не сказал: о неверный и развращенный! но: «о роде неверный и развращенный!» относя обличение к тамо сущему народу, или ко всему Иудейскому роду; почему и сие присовокупил: «доколе буду с вами? доколе терплю вас?» означая, что приближалось время страдания и смерти Его, и что лучше соглашается терпеть страдания и смерть, нежели их неверие и развращение. И сие было правосудия Его дело; поелику же «хвалится милость на суде» (Иак. 2:13), умилосердясь над страждущим, «приведите Ми, сказал, его семо».

Мф. 17:18 И запрети ему Иисус: и изыде из него бес, и исцеле отрок от часа того.

Евангелист Марко показал здесь некоторые случаи, о которых священный Матфей умолчал. Вопроси Иисус, пишет Марко, отца в новомесячии беснуемого: колико времени есть, с которого сын его страждет? (Мк. 9:21) Тот же ответствовал: издетска. И сей вопрос предложен был для ответа: ибо ответ показал болезнь долговременную, долговременные же болезни суть неудобоизлечимы, по мере продолжения времени. Кроме сего, пишет той же Марко, что отец больного сказал: «но аще что можеши, помози нам, милосердовав о нас» (Мк. 9:22). Сии слова показывают сомнительность и маловерие. «Иисус же рече ему: еже аще что можеши веровати, вся возможна верующему» (Мк. 9:23). Сие показывает всемогущество горячности веры. «Вся, говорит, возможна верующему»: аки бы так сказал, что если бы ты веровал, ты сам бы сына твоего исцелил (Злат. в бесед.). Сие же услышав, отец отрока возопил со слезами, говоря: «верую Господи! помози моему неверию» (Мк. 9:24). Слова Господни, как видно, привели его в покаяние в рассуждении прежнего маловерия; ибо слезы его суть доказательством покаяния. Потом показывает сей Евангелист, что когда Иисус запретил духу нечистому, тогда тот вопил и много мучил больного, наконец исшел из него. «И бысть яко мертв, яко многим глаголати, яко умре» (Мк.9:26). Богоглаголивый же Лука присовокупил, что дух мучил больного еще прежде запрещения: «еще же, пишет, грядущу ему, поверже его бес и стрясе» (Лк. 9:42). Сему же попустил быть Иисус не для любославия, аки бы Он, когда увидел, что стекся мног народ, «запретил бесу» (Злат. в бесед.): но для самого отца его, то есть, чтобы он, видя беса, трясущегося от единого воззрения и запрещения Иисусова, хотя бы ради сего поверил имущему быть чуду. Но что сказал Иисус, запрещая бесу, сие показал нам Марко, говоря: «запрети духу нечистому, глаголя ему: душе немый и глухий! Аз ти повелеваю, изыди из него, и ктому не вниди в него» (Мк. 9:25). А Лука повествует, что по исцелении отдал его отцу его (Лк. 9:42). И сие правильно было; ибо чрез все время, когда больной был мучим, не был во власти отца своего, но под властию мучащего беса. Исцелив убо, отдал во власть отца его.

Мф. 17:19 Тогда приступльше ученицы ко Иисусу наедине, реша: почто мы не возмогохом изгнати его?

Праведно изумевали ученики, не могше изгнать того беса, и тако вопрошали: «почто?» Ибо наперед сего, «даде им власть Иисус на дусех нечистых, яко да изгонят их, и целити всяк недуг, и всяку болезнь» (Мф. 10:1). Почему и размышляли о данной им благодати чудотворений, не отъята ли оная от них? Не того убо ради, что они стыдились, не явно вопрошали его; но того ради, что вопрос был о великом и неизглаголанном деле, спрашивали Его наедине (Злат. в бесед.). Из чего заключаем: первое, что как приявшие дар пророчества не всегда и о всем пророчествуют, так и приявшие благодать чудотворения не всегда и во всем чудодействуют. Второе, что бывает препятствием для соделания чуда или маловерие и сомнение чудодеятеля, или недостоинство ищущего чудеси. Сие подтверждает следующий Господень ответ:

Мф. 17:20 Иисус же рече им: за неверствие ваше. Аминь бо глаголю вам: аще имате веру яко зерно горушно, речете горе сей: прейди отсюду тамо, и прейдет: и ничтоже невозможно будет вам.

Святые Апостолы не были неверными, но усомнились тогда и впали в недоверчивость о том, могут ли изгнать такового сильного беса. Сие маловерие и хладную их веру назвал Христос неверием: за маловерие же и отец больного был недостойным благодеяния (Злат. в бесед.). Что же хладную их веру назвал неверием, сие явствует из того, что немедленно присовокупил и дела горячей веры. Если бы имели вы, сказал Он, веру горячую, каково есть зерно горушно, горы бы с места на место могли преставлять, и ничтоже вам будет невозможно. Хотя же таковое чудо и не писано есть в повествованиях о святых Апостолах; однако Божественный Златоустый заметил сие: глаголются же по сих, сиречь Апостолах, святые нецыи, оных (Апостол) низшие добродетелию и саном, яко и горы, егда нужда бе, преставиша. Не сказал же Господь, подлинно преставят горы; но ежели нужда потребует, могут и сие творить. Если же гор не преставляли, то сего не сотворили не потому, что не могли, но потому, что никакой не было нужды. Вероятно же, что было когда-либо содеяно и таковое чудо, но только не написано; ибо не все бывшие чудеса писаны суть. Научив же Господь, какую имеет силу горячая вера, присоединил и то, какие суть противу бесов оружия, говоря:

Мф. 17:21 Сей же род не исходит, токмо молитвою и постом.

Сей род: какой? Род бесовский. Заметь, что не сказал: сей род исходит молитвою и постом, но: «не исходит, токмо молитвою и постом», — да покажет, что из всех прочих добродетелей единая молитва и пост суть оружия верного противу бесов (Злат. в бесед.). Для уврачевания же беснуемых нужно поститься и молиться не токмо врачу, но и страждущему. Итак Иисус Христос неверие отца того отрочате исцелил обличением, маловерие учеников — показанием действий горячей веры, бесовский недуг страждущего на новомесячия — запрещением, показав купно и средство, чрез которое верные могут изгонять бесы. Потом предрек и о страдании и воскресении Своем.

Мф. 17:22-23 Живущим же им в Галилеи, рече им Иисус: предан имать быти Сын человеческий в руце человеком, И убиют Его, и в третий день востанет.

Совершив Иисус показанные чудеса, исшед от того места, якоже пишет Евангелист Марко, иде со учениками Своими сквозь Галилею. Тамо, в Галилеи, живя, предсказал Он ученикам Своим о предании Иудином, о страдании и смерти Своей, дабы при событии сего нечаянность таковая не возмутила их (Мк. 9:31): поелику же сие предсказание достодолжно их опечалило, то предвещает им и тридневное Свое воскресение, да уменьшит печаль их сердечную.


2. Архиепископ Никифор (Феотокис). Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об искушении диавола и оружиях против него. вангельское чтение)  

Почему Евангелист Матфей умолчал о всех страданиях, каковыми немилостиво мучил нечистый дух на новый месяц страждущего, обстоятельно же заметил то, что часто его ввергал в огнь, и часто в воду? Сие замечание Евангелистово заключает мысль весьма достовнимательную. Два суть источника всех грехов: гнев и любовь. Какой бы ты грех ни представил, оный проистекает или от гнева, или от любви. Споры, непокорливости, вражды, насилия, жестокосердия, предательства, укоризны, клеветы, уязвления, терзания, брани, убийства, хуления и тысяча других страшных грехов гнев имеют отцем. Похищение, неправды, ковы, зависть, блудодеяния, прелюбодейства, пьянство, обжорство и другие премногие дела тьмы суть произрастения злые любви. Кого же диавол себе поработит, того ввергает часто то в огнь, то есть, в огненные грехи гнева, то в воду, то есть, в преступления злые любви. По сей-то убо причине Евангелист Матфей именно заметил, что нечистый дух часто ввергал бесного в огнь, и часто в воду. Сему же нечто подобное и Пророк царь Давид означил, когда молясь говорил: «во дни солнце не ожжет тебе, ниже луна нощию» (Пс. 120:6): чрез сожжение солнечное описуя пламень гнева и чрез луну ночную — плотские похоти. Нет сомнения, что страданием и Крестом Спасителя Иисуса Христа разрушена сила бесовская. «Ныне суд есть миру сему, сказал Владыка всяческих, — ныне князь мира сего изгнан будет вон» (Ин. 12:31). И поистине есть изгнан; ибо по пришествии во плоти Христа онемели идолы, которые говорили и прорицали будущее; оракулы и предсказатели заключили уста свои; совсем почти погасло многобожие, или, справедливее сказать, бесовское служение (см. Плутарх.); уменьшились бесные; никакой власти не имеет диавол над скончавшимися благочестиво и праведно: отверзлась для благочестивых и благолюбивых дверь райская, которую он хитростию своею заключил, и заграждены уста адские, которые он разверз. Единая токмо власть искушать осталась в нем. Блаженный Петр свидетельствует, что «диавол ходит яко лев рыкая, иский кого поглотити» (1 Пет. 5:8). Богоглаголивый же Павел возвещает нам, яко несть наша брань с людьми, кровь и плоть носящими, так как и мы, но «к началом, и ко властем, и к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным» (Еф. 6:12). Там же Апостол научает, что диавол имеет коварства, козни, сети неприязненные, преобразуется во Ангела светла (Еф. 6:11; 1 Тим. 3:7).

Он есть дух; поелику же и человеческая душа есть дух, то весьма удобно сообщает оной злые свои умышления и возбуждает в ней злые мысли. Прежде нежели ты согрешишь, представляет он пред тобою грех простительным и маловажным, да падешь скорее; когда же согрешишь, изображает преступление великим и непростительным, чтобы ты не покаялся, но отчаялся. (2 Тим. 2:26; Еф. 6:16; 2 Кор. 11:14). Се есть един из его ковов. Попадается тебе, по содействию его, чуждая вещь, и он удобным открывает тебе и путь, и способ оную похитить и присвоить: се есть единая из козней, которую он тебе изготовил! Во время бедствий твоих похищает надежду твою, да останешься отчаянным; во время болезней окрадывает терпение твое, да возропщешь на Бога; во время несчастия твоего изощряет скорбь твою, да убиешь себя; во время гнева твоего воспламеняет ярость твою, да поносишь, биешь, уязвляешь, умерщвляешь, богохулишь; пожеланий твоих расторгает обуздание и воспаляет неистовость, да соделает тебя поношением человеков и уничижением людей, да осквернит тело и вечной муке предаст душу твою. Сии-то суть разженные его стрелы! Преображает часто грех в добродетель, почему поносишь и биешь, будто для того, чтобы исправить виновного; неправдуешь, будучи судиею, с тем аки бы мнением, чтобы помочь бедному; гонишь брата твоего, аки бы по ревности к Богу. И сие-то есть преображение его во Ангела светла.

Но кто может, братие, подробно описать все коварства, злоумышления, козни и обольщения сатанинские? И во дни и в ночи искушает и соплетает сети; будучи же дух, перелетает скоро во всякое время и место, и коварствует как над праведными, так и грешниками. Входит в домы и насаждает соблазны между мужем и женою, между отцем и сыном, между материю и дщерию; соблазняет и связанных любовию братий. Бегает на торжища, и рассевает между продающими и покупающими раздоры, коварства, обман, клятву. Заходит в монастыри, и возмущает спокойствие монашествующих. Пролезает даже в олтари, и вводит вражду между освященными лицами. В нощи, когда спишь, искушает тебя; утром, когда востаешь, бросает на тебя быстрые стрелы; в полдень уготовляет скрытные сети и многоразличные соблазны. Непрестанно «приседит в тайне, яко лев во ограде своей, еже привлещи и восхитити тебе» (Пс. 9:30).

Для чего же убо Бог попускает сатане творить таковые искушения над несчастным человеком? Известно, для чего: да он, воюющий, победится и посрамится; мы же, воюемые. победим и увенчаемся. Но да не устрашишься ратования его, се како тебя Бог ободряет гласом Пророка Своего: «не убоишися от страха нощнаго, от стрелы летящия во дни, от вещи во тьме преходящия, от сряща и беса полуденнаго» (Пс. 90:5-6). Правда, наступают тысячи от шуйцы твоей, и тьмы от страны десныя твоей; но падают, и не могут повредить тебе: «падет от страны твоея тысяща, и тьма одесную тебе, к тебе же не приближится» (Пс. 90:7). Бог пошлет к тебе святых Ангелов, да сохранят тебе во всех путех твоих. «Яко Ангелом Своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих» (Пс. 90:11).

Страшишься ли, человече, искушений диавольских, и недоумеваешь ли о том, почему попущает Бог искушать? Если вникнешь в историю о Иове, то отбежит страх твой и разрешится недоумение. Там узришь ты, что диавол просил позволения от Бога, чтобы искусить Иова; прияв же оное, расставил на него все козни свои, употребил всякие коварства, поверг все разженные стрелы, истощил все свои силы. Погубил все имение его, почему богатейший во мгновение стал быть беднейшим; умертвил всех сыновей и дщерей его, почему многочадный в едино мгновение стал быть бесчадным; поразил все тело его язвами лютыми, почему бывший прежде здравым лежал на земли изъявлен, покрыт червием и чрепом стружащь язвы свои; наслал друзей его, чтобы вместо утешения горесть и вместо помощи поношения ему принесли; наконец склонил и жену его, да жалостливыми своими словами приведет его в отчаяние и возбудит к богохулению. «Доколе терпиши? говорила она ему: но рцы глагол некий ко Господу, и умри» (Иов. 2:9). Но что же чрез сие диавол получил? Совершил ли намерение свое? Прегрешил ли Иов? Никако! «Во всех сих, приключившихся ему, ничимже согреши Иов, ниже устнама пред Богом» (Иов. 2:10). Что ж убо совершил он? То, что он показал бессилие свое и остался посрамлен, а Иов приял от Господа «сугубая, елика бяху прежде, и прославился от конец до конец земли» (Иов. 42:10). От того же времени и доныне, и во веки будет прославляться и ублажаться терпение его, и мужество, и повиновение Богу, и благоговение. Сверх же сего, и сие достойно замечания: хотя дал Бог позволение диаволу вредить имению его, и чадом его, и собственному телу; но не позволил ему души его касаться. «Рече же Господь диаволу: се предаю ти его, токмо душу его соблюди» (Иов. 2:6).

Если же убо ни сатана власть имеет, ни Бог попущает вредить души нашей, и если им погубленные земные блага усугубляются, и брани его доставляют венец неувядаемый, и славу повсеместную и вечную: то почто страшимся его? Когда мы имеем веру горячую, то все его ухищрения суть ребяческие стрелы, и бывают еще дарами душеполезными и спасительными.

Наконец, имеем оружия Богосозданные и Богом данные, посредством коих, если хощем, можем прогнать его далеко от нас, почто устрашаемся? Два имеет он оружия противу нас: два оружия имеем и мы против него. Он искушает плотскими похотьми и суетою мирскою; а мы постом и молитвою изгоняем его вон. Ни он иные оружия имеет, ни мы: «сей род не исходит, токмо молитвою и постом».

Кто сомневается, что пост иссушает и укрощает похоть плотскую? Приходит он, возбуждает мерзкое пожелание и ищет ввергнуть душу твою в тину плотских грехов; ты не откладывай поститься в среду или пяток, но не медля постись тогда целый день. Вечером вкуси токмо хлеба и пий воду. Увидит он тогда бессилие свое и убежит; не наляжет на искушение, боясь, чтоб ты не умножил поста, и чрез то не получил бы более венцев. Пришел ли он, распростер ли перед тобою сети суетности морской, — прибеги немедленно с верою и благоговением к молитве; ищи благодати Божией, проси с Давидом: «отврати очи мои, еже не видети суеты» (Пс. 118:37). Ни одного таким образом о сих спасительных вещах молящегося молитва не останется бездейственною и бесплодною. Ибо сия-то есть та молитва, о которой Бог сказал, что «вся, елика аще воспросите в молитве, верующе приимете» (Мф. 21:22). Бог бо, услышав молитву твою, ниспошлет тебе Божественную Свою благодать, которая отвратит очи твои от мирской суеты, и тако тот отъидет постыжден, ты же останешься победителем и торжествователем во Христе Иисусе Господе нашем, Ему же слава и держава во веки веков. Аминь.


Прочтите толкования

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года (книга) 

Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение) 
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)


   3. Архиепископ Никифор (Феотокис). Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)   

Како убо всехвальный Павел дерзнул поставить самого себя примером вместо Иисуса Христа, сказав: «подобни мне бывайте»? (1 Кор. 4:16) Почему он в сем завещании не подражал Петру? Кому неизвестно, что список никогда не бывает точно таков, каков оригинал? Сколь ни велика святость и совершенство во нравах и деяниях Павловых: но они отнюдь не достигают до беспредельной степени святости и совершенства Иисуса Христа: ибо Павел токмо человек, а Иисус Христос вместе и Бог. Почему убо Павел обратил очи наши от Иисуса Христа на самого себя, то есть от примера совершеннейшего к несовершеннейшему? Мы веруем, что слова Апостола Павла суть Богодухновенные, равносильные и равночестные прочим словам Божественного Писания: посему как все прочие изречения его, так и сии: «подобни мне бывайте», заключают в себе смысл духовный и спасительный. И во-первых усматривается, что он не только не умолчал о подражании Иисусу Христу, еще представил Его первоначальным примером, и исповедал что Он и сам взирал на Него, и взимал от Него образ всякой добродетели. «Подобни мне бывайте», сказал он, «якоже и аз Христу»: а во-вторых видеть можно, что он сказал таким образом для того, дабы показать удобство сего дела, и более склонить своих к добродетели, а тем и доставить им пользу. Выслушайте, каким образом сие слово: «подобни мне бывайте», действует на души верующих и пользует им.

Чем более чувств сообщают разуму понятий о вещах, тем более он уверяется в существовании вещей тех: посему мы удобнее уверяемся в том, что видим и слышим, и осязаем, нежели в том, что слышим только. Посему-то Петр и Иоанн с таковым дерзновением говорили пред собором: «не можем бо мы, яже видехом и слышахом, не глаголати» (Деян. 4:20): а Иоанн написал: «еже слышахом, еже видехом очима нашима, еже узрехом, и руки наша осязаша, о словеси животнем: еже видехом и слышахом, поведаем вам» (1 Ин. 1:1, 3). Коринфяне слышали о Иисусе Христе, но не видели ни Его самого, ни Его чудес и деяний: когда же Павел пришед в Коринф учил их: тогда они и видели, и слышали Его, и руце их осязали, так сказать, жизнь Его и деяния: видели Его подвиги, узы и скорби, которые он претерпел там за проповедь веры: видели все добродетели и чудесные исправления Его. Посему Он предоставляет им себя, яко пример видимый, известный и ощутительный, и следовательно могущий возбудить их к творению добрых дел. Подражайте, говорит, вере, любви, надежде, ревности и подвигам, каковые вы во мне видели, познали и ощутили. Сильно слово сие, ибо видимый пример великую силу имеет. А дабы кто не подумал, что он говорил сие гордясь: то он вместе предлагает и первообразный пример: «подражатели мне бывайте, якоже аз Христу» (1 Кор. 4:16): как бы так говоря: кто подражает мне, тот подражает Иисусу Христу: ибо я не сам собою, но подражая Христу соделался примером достойным подражания.

Сие Апостольское слово, возлюбленная моя братия, отъемлет у нас всякое извинение, какое мы обыкновенно делаем, уклоняясь от пути совершенства и добродетели. Когда я взираю умственно на Иисуса Христа Владыку всея твари, яко на раба, лентием препоясанного, вливающего воду в умывальницу, преклоняющего колена пред учениками своими, умывающего им ноги и отирающего их «лентием, им же бе препоясан» (Ин. 13:5): тогда, удивляюсь безмерному смирению его, прихожу в умиление, плачу, и совесть моя движет меня к добродетели смиренномудрия: но вселукавый и растленный гордостию мой ум представляет в оправдание мое божество Иисуса Христа. Иисус Христос, говорит мне разум мой, будучи Бог пресовершен, имел пресовершенное и смирение: а ты будучи человек несовершен не может подражать Ему: не может столько смирить себя, сколько смирил Он: извинение же сие прекращает движение совести и побуждение меня к смирению. Когда я умственно вижу Иисуса Христа Творца и Господа моего, влекомого на судилища, поруганного воинами, оплеванного, заушенного, несущего в деснице трость, и на главе терновый венец, распинаемого среди двух разбойников, хулимого от мимоходящих, посмеваемого от Архиереев, поносимого от распятых с ним разбойников, и при всем том яко агнца незлобивого, не отверзающего уст своих: тогда я удивляюсь и изумляюсь чрезвычайной его кротости и терпению: поражаюсь сердцем и возбуждаюсь совестию к творению сих великих добродетелей: но ум мой, растленный страстию гнева и ярости, производит в оправдание божество Иисуса Христа. Он, говорит мне, что Иисус Христос, яко Бог, будучи бесстрастен, имел в бесконечном совершенстве и добродетель кротости и терпения: а ты яко человек страстям подлежа, не можешь быть его подражателем, и терпеть то, что он претерпевал. И сие извинение заглушает внушения моей совести. Когда же мысленно восхожу я на гору Голгофу, вижу там безгрешного Иисуса Христа для спасения моего висящего на кресте и страждущего от лютых язв и болезней крестных: когда говорю, слышу Его оправдывающего врагов своих, и молящегося о распинателях Его: «Отче, отпусти им: не ведят бо что творят» (Лк. 23:34): тогда я прихожу в умиление и поражаюсь, взирая на бесконечное Его незлобие и благоутробие, тогда слезы льются из очей моих, и самая совесть моя поучает меня тогда, говоря так: прощай и ты врагам твоим по примеру твоего Искупителя и Владыки: но ум мой растленный страстию ненависти и самолюбия, находя в божестве Иисуса Христа причину к оправданию, говорит мне: Иисус Христос будучи Бог, и имея бесконечные совершенства, имеет и незлобие с милосердием беспредельные: а ты яко человек будучи столь несовершен, и толикими страстьми одержим, не можешь подражать Ему, не можешь быть толико же незлобивым и милосердым, колико он был: а от сего хладеет ревность души, и глас совести ослабевает. Всякий Христианин, рассуждая о святости дел Иисус Христовых, удивляется им, недоумевает, сокрушается и желает быть подражателем его: но воображая себе, что Иисус Христос есть не токмо человек, но вместе и Бог, извиняется своими немощами, и отрекается от такового предприятия. Но ежели мы, видя в Апостоле Павле таковое смирение, каковое он показал именовав себя отребием мира, и попранием всех земнородных, «якоже отреби миру быхом, всем попрание доселе» (1 Кор. 4:13): ежели, говорю, видя то, гордимся и хвалимся своею добродетелию, или благородством, или богатством, или властию и достоинствами: то какое имеем оправдание? Павел не был Богочеловек якоже Иисус Христос, но человек токмо как и мы. Како убо он, хотя и был сосуд избранный, учитель вселенной, светило всего мира (Деян. 9:15), «восхищен даже до третияго небесе и слыша неизреченны глаголы» (2 Кор. 12:4), как мог низойти до толикой глубины смирения: а мы будучи человеки, как и он человек, высокомудрствуем о себе, хотя и не имеем тех дарований, какие он имел, и отвращаемся великой добродетели смиренномудрия? Какой предлог к оправданию себя в том ум наш изобретает? Какое извинение заслуживаем мы когда взираем на Апостола Павла, видим по любви ко Христу и ревности ко спасению ближнего, алчущего, жаждущего, наготующего, страждущего, скитающегося, труждающегося и делающего своими руками (1 Кор. 4:11–12): а мы не только не сносим глада и жажды, но и не хотим воздержаться от некоторых яств во время поста? Не только не терпим наготы, но и гнушаемся умеренными и смиренными одеяниями: не только не переносим обид нам причиненных, но и за одно холодное слово, по неосторожности сказанное, досадуем на брата нашего: не только бегаем беспокойствия, соединенного с беспрестанною переменою места, но и ни на час по любви к Иисусу Христу и для блага ближнего, не хотим оставить приятностей покойной и беспечной своей жизни? Чем извиним себя, когда видим, что Павел благословляет оскорбляющих его, великодушен к своим гонителям, и прощает злословящих (1 Кор. 4:12–13): напротив мы и малый некий вред получив от другого, коварствуем, всеми мерами стараемся вредить ему, и гоним его даже до смерти? Павел был человек, как и мы, облеченный той же плотию, коею и мы, искушаемый теми же страстьми и пожеланиями, коими и мы, обитающий в том же мире, в коем и мы, борющийся непрестанно с теми же началами и властьми, с теми же миродержителями тьмы века сего, и духами злобы поднебесными (Еф. 6:12), с коими и мы, и при всем том он победил врагов своих, восторжествовал, и соделался подражателем Иисус Христовым: а мы побеждаемся от оных, вспять обращаемся и делаемся подражателями диавола: какое убо мы имеем оправдание в сем или извинение?

Но вы говорите, что будучи человеком, не возможно подражать Иисусу Христу: потому, что он был не токмо человек, но и Бог. Почему же Павел соделался подражателем Ему? Вы говорите, что не можете идти по стопам Иисуса Христа, потому что он был Богочеловек: так идите по Апостола Павла, который был только человек, как и вы. Видите ли, какую небесную премудрость заключает в себе сие Апостольское наречение: «подражатели мне бывайте якоже и аз Христу»? (1 Кор. 4:16) Видите ли, как оно отъемлет от сердец наших всякий предлог к оправданию, и уничтожая все наши противоположения делает нас безответными? Ежели вы не можете, как говорите, подражать Иисусу Христу, потому что Он есть Богочеловек: то подражайте Павлу, который был только человек: а подражая ему, будете подражать самому Христу, потому что Павел есть подражатель Христов. «Подражатели мне бывайте якоже и аз Христу».

Но мы не имеем, скажете, ни разума Павлова, ни его воли, ни той благодати, какую он стяжал. Так: но вы можете получить дары сии, ежели только пожелаете: ибо Господь Бог сотворил вас самовластными и самопроизвольными. И сам Павел прежде был чужд сих благих мыслей и воли: но приобрел оные после. Он прежде был гонитель Иисуса Христа: но после во всех языцех проповедывал имя его. Прежде усиливался разрушить Церковь Христову: а потом созидал и утверждал оную. Прежде был непримиримый враг Христиан: потом соделался ревностным их поборником. Прежде помрачал души человеческие, проповедуя Иудейство: потом просветил всю вселенную, проповедуя Христианство. И так если мысли ваши и воля лукавы: то примените их во благие: и тогда будете иметь ум и волю святого Павла: тогда приимете и благодать какую он приял. «Несть бо на лица зрения у Бога, Един Бог и Отец, иже над всеми и чрез всех и во всех нас» (Рим. 2:11; Еф. 4:6). Он всех равно любит, и всем равно хощет спастись: поелику все творение его рук: однако ж Божественные дары свои преподает по мере благости произволения нашего: «Единому же комуждо нас дадеся благодать по мере дарования Христова» (Еф. 4:7). Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

4. Архиепископ Никифор (Феотокис). Толкование на первое послание Апостола Павла к Коринфянам в 10-ю неделю по Пятидесятнице.  

9 Ибо я думаю, что нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы приговоренными к смерти, потому что мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков.

Учение лжеапостолов повредило Коринфян. Они, впадши в помыслы гордости, думали о себе, что уже достигли до совершенства всякой добродетели и всякого счастия, а потому и начали тщеславиться и хвалиться, называя себя именами их учителей. «Аз есмь Павлов, аз же Аполлосов, аз же Кифин» (1 Кор. 1:12): откуда родились между ними распри. Павел убо, желая обличить их в заблуждении, дабы тем исправить, не поносит гордых их мудрствований прямо обличительными словами, но сперва предлагает им то, как они мечтали о себе говоря: «се сыти есте», говорит, «се обогатистеся, без нас воцаристеся: и о дабы воцарилися есте, да и мы быхом с вами царствовали» (1 Кор. 4:8). Потом описывает презренное и бедственное состояние Апостол. Ежели вы, говорит, поистине исполнены всякой добродетели, богаты и воцарились без нас, учителей ваших: то я мню, что Бог явил нас посланников последних из всех людей, «яко насмертники» (1 Кор. 4:9), то есть, яко определенных токмо на заклание и смерть. Мню, яко позор быхом миру и Ангелом и человеком. Под именем позора он разумел здесь зрелище, а под именем мира, мир видимый и невидимый. Все Ангелы, говорит, и благие и злые взирают на нас Апостолов: благие, помогая нам и радуясь нашим успехам: а злые, то есть демоны, искушая нас и опечаливаясь нашею непоколебимостию. Все люди, как верные, так и неверные, взирают на нас. Верные сострадая нам, а неверные, муча и гоня нас. После сего продолжая обличение в том же виде речи, сравнивает состояние Апостолов с мнимым состоянием Коринфян, говоря:

10 Мы безумны Христа ради, а вы мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии.

Мы, говорит, Апостолы, за любовь к Иисусу Христу и за ревность к Евангельской проповеди почитаемся буими: как-то и в самом деле Фист именовал Павла буим, воскликнув велегласно: «беснуешися ли, Павле? Многия тя книги в неистовство прелагают» (Деян. 26:24): но вы, Коринфяне почитаетесь мудрыми во Христе, то есть в вере во Христа, или в Церкви Христовой. Мы Апостолы немощны, яко не имеющие никакой силы мирской: «и аз в немощи и страсе и трепете мнозе бых в вас» (1 Кор. 2:3), так писал сей Апостол к тем же самым Коринфянам: а вы, Коринфяне, сильны яко имеющие богатство и силы мирские. Вы славны, почитаетесь мудры и искусны, а мы бесчестны, яко презираемые и именуемые суесловивыми, как то и в самой вещи Епикурейцы стоические философы в Афинах именовали Павла суесловивым, говоря: «что убо хощет суесловивый сей глаголати» (Деян. 17:18). После сего описывает бедствия и злострадания Апостолов.

11 Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся, 

12 и трудимся, работая своими руками. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим; 

13 хулят нас, мы молим; мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне.

Ст. 11–12. До нынешняго часа и алчем и жаждем, и наготуем, и страждем, и скитаемся, и труждаемся, делающе своими руками.

Слово «наготуем», означает то, что Апостолы кроме одежды, покрывающей наготу самой простой, не имели еще другой никакой, к успокоению служащей. Слово «страждем», означает, мы претерпеваем всякие искушения, так как и сие: «дадеся ми пакостник плоти, аггел сатанин, да ми пакости деет, да не превозношуся» (2 Кор. 12:7). А слово «скитаемся», означает, мы беспрестанно переходим с места на место для Евангельской проповеди, и не имеем дома, где бы остановившись, могли успокоиться. Павел, будучи скинотворец, делал собственными руками палатки, и тем питал не только себя самого, но и других, бывших с собою, как он говорил Ефесским пресвитерам: «сами весте, яко требованию моему и сущим со мною послужисте руце мои сии» (Деян. 20:34). Я, говорит, повествую вам не о прошедших страданиях, но о тех, которые претерпеваем до сего часа: «и алчем и жаждем, и наготуем, и страждем, и скитаемся, и труждаемся делающе своими руками». Сими словами Апостол означил мужество и терпение, а в последующих описывает еще большую Апостольскую добродетель.

Ст. 12–13. Укоряеми, благословляем: гоними терпим: хулими утешаемся[3].

«Любите враги ваша», сказал Господь, «благословите клянущия вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть и изгонящия вы» (Мф. 5:44). И Апостолы сии Божеские повеления исполнили: неверные поносили и ругали их, а они поносящих и ругающих благословляли: «укоряеми, благословляем». Мучители всяким образом гнали их: а они мужественно переносили гонения и злобу гонящих: «гоними терпим»: нечестивые хулили их, а они молились о них Богу, и просили у Него им спасения: «хулими утешаемся». Кто терпит и нимало не мстит укоряющим его, гонящим и хулящим, тот делает великую добродетель: кто же не только терпит и нимало не мстит им, но еще благословляет их и молится о них: тот восходит на самый верх добродетели. Сими убо словами Павел изъяснил совершенство Апостольской добродетели, а в последующих открывает, как низко мир думал об Апостолах.

Ст. 13. Якоже отреби миру быхом, всем попрание доселе.

Что может быть хуже отребий, то есть сора, выбрасываемого и попираемого? Что презрительнее? Не только прежде, то есть, когда начиналась проповедь, но даже до сего часа, говорит, мы пред очами мира так как отребие и попрание всех человеков: но для чего Апостол Божий с толикою выразительностию описал страдания, добродетели и самую крайнюю презренность Апостолов? Во-первых для того, чтобы смирить высокомудрие Коринфян. Ибо хотя и не упомянул о заключении, следующем из слов его, дабы тем не возбудить в них гнева, однако ж и при самом молчании своем вопил к ним, как бы говоря таким образом: ежели мы Апостолы, избранные Богом, исполненные даров Духа Святого, ваши учители, претерпеваем толикие страдания, и толикие подъемлем подвиги для добродетели, и столь презренными почитаемся от людей: то таким образом вы, будучи младыми учениками, дерзаете почитать себя мудрыми, сильными, славными и счастливыми? Во-вторых для того, чтобы описать дела и жительствование Апостолов, в пример добродетели и совершенства для всех верующих во Христа. Поелику же обличение его Коринфян в гордости, при всем искусстве и знании было поразительно и огорчительно, для сего он, ослабив тон выражений своих, пременяет горесть обличения на сладчайшее увещание?

14 Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих. 

15 Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием.

16 Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу.

Первый проповедник слова веры в Коринфе был Апостол Павел, где и претерпел он много страданий от находящихся там Иудеев и Еллинов (Деян. 18:17), и где также «мнози от Коринфян слышавше, вероваху и крещахуся» (Деян. 18:8). После же Павла Аполлос и другие проповедники веры приходили в Коринф и учили там. Сих-то он нарицает пестунами[2], потому что и они наставляли их во благочестии, себя же самого именует отцем, так как он первый проповедывал им Евангелие, и обратив от поклонения идолам в истинную Христианскую веру, отродил их, соделав из плотских людей духовными, и из земных небесными. Пишу, говорит, сия, то есть сии обличения к вам, Коринфяне, не да посрамлю лица ваши, но да научу вас, яко чад моих возлюбленных. Ибо хотя вы имеете и многих пестунов, однако же имеете многих отцев, могущих с таковым дерзновением и любовию обличать вас во грехах и не обинуясь давать вам советы: потому что я один вам отец по духу: родил вас, научив Евангельской вере. Поколику убо я имею право именоваться вашим отцем? Сего ради молю вас, подобни мне бывайте. Подражайте моей вере во Христа, моей любви, моему смирению, моей надежде, моей ревности и прочим добродетелям. Один токмо Павел, и ежели есть кто другой достигший до совершенства добродетели его, может с дерзновением сказать: «подобни мне бывайте, якоже аз Христу».

___________________

Примечания:

1 Беседа о словах "Подобни мне бывайте". Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в десятую неделю по Пятидесятнице

2 Дядьками или наставниками.

3 Молим или просим.




Прочтите толкования
  
Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года (книга) 
Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение) 
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)




    1.  Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Евангельское чтение)                    

После того, как Господь наш Иисус Христос чудесным образом явил на горе Фавор Свою Божественную славу ближайшим ученикам, которые впоследствии стали свидетелями и Его страданий, Он спустился вместе с ними к остальным апостолам. Там Спаситель узнал, что за время Его отсутствия произошло событие, которое как бы унижало Его учеников и бросало на них тень, а таким образом, косвенно и на Него Самого (конечно, только с точки зрения обычных человеческих понятий). «Когда они пришли к народу, то подошел к Нему человек и, преклоняя пред Ним колени, сказал: Господи! помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто в воду, я приводил его к ученикам Твоим, и они не могли исцелить его» (ст. 14–16). Отсутствовал не только Сам Спаситель, для Которого нет ничего невозможного, но и самые близкие, самые ревностные Его ученики: Петр, Иаков и Иоанн. Когда же к другим ученикам Господа привели бесноватого юношу, то у них не хватило веры для того, чтобы исцелить его. Впрочем, и у самого отца отрока ее также оказалось мало. Об этом мы узнаем из Евангелия от Марка: «Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему. И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию» (Мк. 9, 23–24). Видимо, юноша был совершенно невменяем, поэтому чудо могло совершиться только по вере его отца. Значит, вина не только учеников, но и самого просителя заключалась в недостатке веры. Евангелие от Матфея эту подробность опускает, поэтому и мы не будем рассуждать о неверии отца отрока, а коснемся именно того, о чем рассказывает сегодняшнее евангельское повествование – маловерия учеников Спасителя. «Иисус же, отвечая, сказал: о, род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? приведите его ко Мне сюда» (ст. 17). Слова Спасителя «о род неверный и развращенный» – это упрек не только ученикам, но и тем людям, которые хотят чуда, но не имеют необходимой для его совершения веры. Это упрек тем, кто желает получить что-то от Бога, но для Него ничего не хочет делать. «О, род неверный и развращенный!» Бог нужен нам только для того, чтобы нам хорошо жилось. Мы хотим иметь все земные блага, прежде всего здоровье и благополучие, хотим жить беспечальной, почти блаженной жизнью. Но потрудиться для Бога мы не хотим, ни к чему не хотим себя понудить. Может быть, в данный момент у нас и не хватает веры. Однако трудясь на ниве духовной, особенно понуждая себя к молитве, посту, покаянию, участию в богослужении, совершению добрых дел и, наоборот, отвращаясь от греховных помыслов и пожеланий, противясь демонам, искушающим нас, и собственному падшему естеству, мы могли бы постепенно приращивать и увеличивать свою веру. Так поступали люди во все века от сотворения мира. Святые не в одно мгновение достигали такого состояния, что могли творить чудеса. Не от рождения, не едва научившись говорить, они приобретали такую веру. Значит, необходимо понуждение себя, необходим труд. А мы хотим получать плоды веры, трудиться же для возделывания этой веры не имеем никакого желания и не проявляем в этом никакого усердия. Если мы так нерадивы и безразличны к Богу, что относимся к Нему только как потребители, желающие от Него одних земных благ, а не как любящие Его, то и к нам относится обличение Спасителя: «О, род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас?» Как совершенный Бог, ни в чем и никогда не претерпевающий изменений, Господь Иисус Христос, конечно, пребывает в состоянии безграничной, ничем непоколебимой любви ко всему творению. Поэтому, произнося эти слова обличения, Он негодовал только как Человек. Спаситель никогда не совершил никакого греха, Его негодование – справедливое, святое. Глядя на поведение Господа, как оно изображено в Святом Евангелии, мы научаемся не только кротости и смирению, но и ревности – святому гневу, святому негодованию. Прекрасно негодовать на свое нерадение. Если мы стяжем это негодование, прежде всего по отношению к самим себе, то это будет означать, что мы уже приступили к делу исправления себя, к духовному труду. «Иисус же, отвечая, сказал: о, род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? приведите его ко Мне сюда. И запретил ему Иисус, и бес вышел из него; и отрок исцелился в тот час. Тогда ученики, приступив к Иисусу наедине, сказали: почему мы не могли изгнать его? Иисус же сказал им: по неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно, и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас; сей же род изгоняется только молитвою и постом» (ст. 17–21). Для того, чтобы апостолы смогли совершить чудо исцеления, у них должна была быть особенно твердая вера, ибо отец отрока не имел достаточной веры. Однако и у них ее не оказалось. Апостолы, вероятно, боялись, чтобы Господь не обличил их при всех, а потому спросили Его наедине, почему они не смогли исцелить юношу. Наверное, они ожидали услышать объяснение, которое бы их оправдывало, объясняло, что они не виноваты, что есть какая-то особенная причина их неудачи. Но Господь, желая, чтобы они получили пользу и исправились, прямо сказал, что никакой внешней причины, никакого оправдания или извинения нет, виноваты только они сами, и чуда не произошло по их неверию. «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно <...> ничего не будет невозможного для вас». Самая малая вера, уподобляемая мельчайшему, едва заметному зерну, делает человека способным совершать чудеса. Господь внимает молитве верующего. Если мы внимательно посмотрим на самих себя, то мы увидим, что наша молитва слаба и немощна, и мы поймем, что у нас действительно нет веры «с горчичное зерно». Наша вера, конечно, меньше, чем у апостолов, которых обличил Спаситель. Она едва-едва в нас теплится. Поэтому в конце XX столетия так мало бывает чудес – оскудела вера в людях. Еще апостолами и древними святыми отцами было предсказано, что в последние времена спасительная благодать Божия будет действовать в Православной Церкви, Православие и праведники будут существовать до кончины мира, но чудеса исчезнут, потому что иссякнет вера. В наше время, кажется, даже праведные люди не имеют той веры, какую имели в древности иные падшие грешники. Известен такой необыкновенный случай. У одной женщины умерли один за другим два сына, остался третий, которым она, естественно, чрезвычайно дорожила. Но и он тяжело заболел. Когда она несла его в город к врачам, он умер. Мать была в неописуемом горе и плакала над телом умершего отрока. Вдруг она увидела блудницу, которая проходила мимо того места. В отчаянии женщина обратилась к ней с необыкновенной просьбой: «Помолись, чтобы Господь воскресил моего сына». Блудница ужаснулась и сказала: «Как я могу просить о таком, когда я только что согрешила и еще даже не омылась от греха?» Но мать отрока так настаивала и умоляла ее, что сердце блудницы дрогнуло от жалости, она не смогла отказаться и встала на колени для молитвы. Вдвоем они стали молиться о том, чтобы произошло чудо воскресения. Один великий подвижник, столпник, духом увидел, как по молитвам этой блудницы благодать Святого Духа сошла на отрока и воскресила его. Чудо было столь великим и потрясающим, что даже душа блудницы преобразилась. Она покаялась, пошла в монастырь и окончила свои дни в покаянии. А отрок, восставший из мертвых, впоследствии стал знаменитым святителем. Вот какая вера была в те времена даже у падших людей! Наши же душа и ум настолько извратились, исказились лукавством, что в нас нет простоты. И при таком своем необыкновенном лукавстве и гордости мы желаем чудес и просим их у Бога! Мы должны были бы просить Его наказать нас в этой жизни за наши грехи, чтобы в будущей быть помилованными, а мы просим чудес, просим благополучия, безмятежной жизни, считая, что мы вполне этого заслуживаем. Мы удивляемся, возмущаемся и ропщем, если не получаем того, что нам кажется необходимым для спокойной, беспечальной жизни на земле. «Иисус же сказал им: по неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас; сей же род изгоняется только молитвою и постом» (ст. 20–21). Господь обличил Своих учеников не для того, чтобы оскорбить их, но для того, чтобы показать, как им исправиться, как изгнать из себя неверие, это бесовское наваждение, которое мучает человека, отводит от Бога, преграждая его уму путь к Богу. «Сей же род изгоняется только молитвою и постом». Ни чтением книг, ни рассуждениями, ни доказательствами, ни беседами с мудрыми людьми, но молитвой и постом. Если и есть такие мудрые люди, которые имеют необыкновенно твердую веру и могут наставлять других, то и они стяжали веру молитвою и постом. Под молитвою здесь имеется в виду молитва непрестанная, потому что в другом месте Господь говорит: «Итак бодрствуйте на всякое время и молитесь» (Лк. 21, 36). Пост тоже имеется в виду непрестанный, не в том смысле, что мы никогда не должны вкушать скоромную пищу, а в том, что нам необходимо постоянное воздержание в пище. Мы не всегда постимся в строгом значении этого слова, но следить за своим чревом и в зависимости от своего телесного состояния ограничивать себя в пище нам необходимо всегда для того, чтобы от объедения не затуманивался наш разум. Разве можно, поддаваясь страсти чревоугодия, иметь бодрый, трезвенный ум и упражняться в непрестанной молитве? Тот, кто хоть сколько-то пытается молиться, понимает, что если человек поддался греху объедения (а все мы ему иногда поддаемся, может быть, даже нечаянно), то молиться ему, как и заниматься любой умственной деятельностью, бывает очень трудно. Значит, для непрестанной молитвы необходимо разумное, посильное, но постоянное воздержание в пище, во сне и во всем, что касается потребностей тела. Святые отцы сравнивают наше тело с вьючным животным: мы должны давать ему необходимое, чтобы оно нам служило, но в то же время не давать ему лишнего, чтобы оно было нам покорным. Тогда мы сможем сохранять непрестанную молитву. Если мы будем всегда повторять про себя краткую Иисусову молитву, понуждая себя ко вниманию и к покаянию в меру данного ему от Бога преуспеяния, то, может быть, эта молитва явится тем самым горчичным зерном, благодаря которому мы сможем и горы передвигать, и совершать самые как будто бы непосильные дела. Разве Иисусова молитва не меньше всех молитв? Но если мы будем в ней усердствовать, то благодаря вниманию и покаянию ее действие будет в нас усиливаться. Благодаря этому горчичному зерну – Иисусовой молитве – мы сможем делать то, что раньше казалось нам совершенно невозможным, столь же трудным, как сдвинуть гору. Конечно, едва ли кто-то из нас достигнет дара чудотворения: мечтать об этом было бы безумием и признаком гордости. Однако в наших силах достигнуть состояния истинных, деятельных христиан, которые не просто верят, но и могут совершать дела веры. И каждый из нас обязан стремиться к тому, чтобы прийти в такое состояние. То, что вчера казалось нам невозможным, столь же неподвижным, как гора, сегодня благодаря покаянию и Иисусовой молитве мы сможем сдвинуть с места, и для нас не будет уже ничего невозможного в делании добродетелей. Аминь.

24 августа 1997 года. 



Прочтите толкования

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года (книга)  

Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение) 
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)


 Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)  

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Сегодняшнее апостольское чтение из Первого послания к коринфянам святого апостола Павла обличает как нерадивых, горделивых христиан вообще, так и нерадивых пастырей в частности. Хотя апостол Павел не ставит себе такой цели, но, рассказывая о себе, он поневоле заставляет читающих, в том числе и пастырей, сравнивать себя с ним.

«Ибо я думаю, что нам, последним посланникам, Бог судил быть как бы приговоренными к смерти, потому что мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков» (ст. 9). В славянском тексте начало этого стиха звучит так: «Мню бо, яко Бог ны посланники послeдния яви», а у епископа Кассиана (Безобразова) переведено: «Ибо Бог сделал нас, апостолов, последними». Последние два перевода отличаются от Синодального очень интересным моментом, меняющим наше обычное, не совсем правильное восприятие текста. Мы, читая Синодальный перевод, воспринимаем выражение «последние посланники» как «последние хронологически»: вот, ранее были пророки, а апостолы — это самые последние посланники Божии, открывшие полноту истины новозаветного учения. Но последними они были в глубочайшем смирении, которое святые апостолы были вынуждены воспринять в своем величайшем служении. Если перевести этот стих Писания дословно, то выйдет так: «Ибо я думаю, что Бог нас, апостолов, показал последними», то есть самыми последними людьми во всем человечестве. Он унизил их более, чем кого бы то ни было, ведь они были нищими, беспомощными и беззащитными, во время своих странствований многократно подвергались всевозможным притеснениям, избиениям, опасности и в конце концов претерпели мученическую смерть.

Обратим внимание на слова «как бы приговоренными к смерти» (ст. 9). Преступник, приговоренный к смерти, обычно сидит в одиночной камере и не знает, когда его приговор приведут в исполнение: сегодня ли, через месяц ли. Иногда ожидание может длиться годами, иногда все заканчивается очень быстро. Всю оставшуюся жизнь человек находится в таком мучительном томлении. Апостол Павел сравнивает всех апостолов, и себя в том числе, с людьми, приговоренными к смерти, которые постоянно ожидают самого страшного. Легко ли терпеть такое душевное состояние?

Апостолов приговорили к смерти сами обстоятельства их жизни и проповеди. Ученики Спасителя возбуждали против себя ненависть врагов христианства — иудеев и язычников — и не могли ждать ни от кого никакой защиты и покровительства, потому что проповедовали в чужих городах. Не мог и не хотел их защитить ни иудейский народ, отрекшийся от них и изгнавший их (те самые соотечественники, на которых обычно опираются), ни римский закон. Апостол Павел, несмотря на то, что был римским гражданином, часто вопреки законам подвергался избиению, арестам и наконец был казнен, с точки зрения римского права, ни за что.

«Потому что мы сделались позорищем» (ст. 9). В славянском переводе — «позор», у епископа Кассиана — «зрелище», можно перевести и как «театр». Апостолы стали зрелищем для мира, на них все смотрят: кто насмехается, кто злобно желает смерти, а кто восхищается. Они на виду у всех, подобно гладиаторам в цирке, которые сражаются друг с другом или с дикими разъяренными зверями и обречены на смерть.

В таком положении находились святые апостолы, которыми мы сейчас хвалимся и которых почитаем великими святыми. Да, внутри нашего сообщества, внутри Святой Христовой Церкви они — великие, но перед глазами всего мира они были совершенно ничтожными; иногда даже современные им верующие, к сожалению, соблазнялись их беззащитным положением. «Мы сделались позорищем для мира, для Ангелов и человеков» (ст. 9). Как говорят некоторые толкователи, апостолы стали зрелищем и для добрых, святых ангелов, и для падших. Они стали зрелищем для людей, избранных к спасению, и для врагов Христовых. На то, как они совершали свое великое поприще, взирали то с восторгом, то с ненавистью, презрением и злобными насмешками.

Обратимся, например, к эпизоду из книги Деяний апостольских. Когда апостол Павел проповедовал в Афинах, его привели в ареопаг, собрание старейшин, и велели ему говорить, потому что им было интересно, что он проповедует. Сначала к нему отнеслись сравнительно доброжелательно, некоторое время его слушали. Когда же апостол Павел заговорил о воскресении мертвых, то старейшины стали смеяться и говорить: «Ну, об этом мы послушаем тебя в другой раз» (см. Деян. 17, 32). И только немногие люди, среди которых был Дионисий Ареопагит, впоследствии знаменитый богослов и один из первых епископов города Афин, последовали за ним, когда его отпустили. Значит, апостол Павел подвергся осмеянию перед виднейшими людьми города в самом благоприятном для него случае. Мы же хотим, чтобы нам досталась слава святых, а их позору, унижению, скорбям подвергаться не хотим.

«Мы безумны Христа ради, а вы мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии» (ст. 10), — продолжает апостол Павел, иронизируя над коринфянами. В Священном Писании иногда употребляется ирония, ради того чтобы показать абсурдность мнений и чувств, которым мы порой предаемся. Апостол Павел говорит, что «мы [апостолы] безумны ради Христа». Он не обращает внимания на мирскую мудрость, человеческие знания, на то, что считается великим, утонченным, философски обоснованным или с практической точки зрения здравым. Святые апостолы всем этим пренебрегают и выглядят в глазах целого мира безумцами, безрассудными, даже глупцами. Мы же с вами все хотим быть умными: самый глупый человек старается как-то показать, что у него есть ум, и не желает признать своей глупости. Апостол Павел говорит: «Мы безумны». Но не потому, что они на самом деле безумны, но потому, что ради Христа готовы выглядеть и так. Мы же считаем себя благоразумными во Христе. Хотим жить в покое, благополучии, совершенно бесскорбно, в свое удовольствие — и при этом спасаться. «Мы немощны», то есть совершенно беззащитны, никак не можем постоять за себя, — так апостол Павел говорит про всех апостолов. «А вы крепки». Нам представляется, что мы имеем какое-то прочное положение, или мы желаем его занять, иметь какое-то преимущество перед другими даже в монастыре, отрекшись от мира. Мы хотим представлять собой нечто особенное, настаиваем на том, чтобы исполнить свое желание, навязываем свое мнение другим, даже священноначалию.

«Вы в славе, а мы в бесчестии», — говорит о себе апостол Павел. Мы же с вами хотим пользоваться почетом, уважением хотя бы в кругу немногих людей, хотим, чтобы к нам хорошо относились, хвалили нас, одобряли, уважали и посторонние люди, даже чуждые Церкви. В своем малом кругу, в нашем сестринстве, мы тщеславимся друг перед другом и забываем о том, что подавляющее большинство людей смотрит на нас с презрением, не понимает нас и мы им кажемся действительно безрассудными, безумными и глупыми. Мы не хотим об этом помнить и готовы, если сталкиваемся с мирянами, в чем-то отказаться от своих принципов, лишь бы к нам относились уважительно.

Апостол Павел продолжает: «Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся» (ст. 11). Вот в чем состоял подвиг святых апостолов, вот в чем их отличие от обыкновенных христиан — в чрезвычайных скорбях. «Даже доныне», то есть уже в то время, когда были основаны многочисленные общины в разных концах вселенной, апостолы терпели скорби. Путешествуя, совершая свое апостольское служение, они испытывали нужду в самом необходимом, даже в одежде. Они переносили и побои, причем под побоями апостол Павел подразумевает не избиение палками или плетями, а пощечины, унизительные удары по лицу, то есть речь идет о чрезвычайно презрительном отношении к апостолам со стороны врагов Церкви. И великие святые апостолы терпели всё это ради того, чтобы распространять слово Божие, терпели из любви к людям, из преданности Богу, любви к Нему. Они скитались, не имея иногда прибежища, места, где могли бы переночевать. Их часто изгоняли из городов, как мы помним из Деяний апостольских, где много говорится об апостоле Павле и о тех невзгодах, которые ему пришлось пережить.

«И трудимся, работая своими руками. Злословят нас, мы благословляем; гонят нас, мы терпим» (ст. 12). Апостол Павел старался зарабатывать себе на пропитание своими руками, чтобы те, кому он проповедовал, не соблазнялись и не говорили, что он проповедует ради того, чтобы они его содержали. Поэтому он работал сам: днем проповедовал, а ночью трудился, для того чтобы его проповедь была успешней, чтобы все увидели его совершенное бескорыстие. Увы, увы! Сейчас такого почти нет, и на самом деле совершить этот подвиг чрезвычайно трудно.

«Злословят нас, мы благословляем». Мы, к сожалению, на это неспособны. «Гонят нас, мы терпим». Мы же с вами, если иногда и вынуждены терпеть какие-нибудь скорби, делаем это лишь внешне, а внутренне ропщем, негодуем, гневаемся и рады были бы и отомстить нашим обидчикам или даже просим у Бога якобы восстановления справедливости, выражающейся в том, чтобы Он наказал нашего обидчика какой-нибудь скорбью.

«Хулят нас, мы молим» (ст. 13). «Молим» можно понимать по-разному: возможно, апостолы молились за этого человека, а возможно, пытались его успокоить, умоляли его, чтобы он умиротворился. «Мы как сор для мира» (ст. 13). Это очень впечатляющий образ. Апостол Павел в довольно грубых выражениях говорит о себе самом и о других апостолах. «Мы как сор», то есть то, что выметается, выбрасывается вон. Но этого мало, апостол Павел выражается еще более грубо и откровенно: «Мы… как прах, всеми попираемый доныне» (ст. 13), а можно перевести и так: «Мы стали отбросами для всех до нынешнего времени», то есть самым презренным и негодным, что только может быть.

Мы не можем подражать святому апостолу Павлу в том отношении, чтобы совершать чудеса, чтобы, например, повязки с нашим потом кого-либо исцеляли (см. Деян. 19, 12). Думать об этом было бы нелепо и даже кощунственно. Но почему мы не хотим уподобиться ему в смирении, ведь это для нас доступно, тем более что мы и на самом деле совершенно заурядные, ни на что не годные люди? Господь нас собрал в эту святую обитель не для того, чтобы мы сделали что-то великое, но для того, чтобы уберечь нас от соблазна и чтобы мы, падшие, скверные, негодные, ничтожные, здесь, в удобном месте, с большей легкостью спасали свою душу от вечных мук. Однако мы умудряемся поддаться гордости и здесь, в том месте, в котором мы находимся прежде всего для того, чтобы смириться. И сама наша черная одежда, и образ жизни, и отречение от всего, и сами обеты — все напоминает о смирении, но мы наперекор всему умудряемся гордиться иногда теми вещами, которые как раз для стяжания смирения и предназначены. Таково лукавство человеческое. Нас не извиняет то, что это общая черта всех людей, ведь мы находимся в обители осознанно и должны постоянно, каждое мгновение помнить, для чего мы здесь. Один подвижник, например, напоминая себе о том, что он отрекся от мира ради спасения, а не ради чего-либо другого, восклицал время от времени: «Где ты? Где ты?». Мы же забываем об основной цели нашей жизни и начинаем превозноситься какими-то незначащими вещами и таким образом сворачиваем с тесного пути.

Между прочим, словом «прах» или «отбросы» в древних Афинах, конечно языческих, называли самых опустившихся, низких, бесправных людей, подобно тому как сейчас говорят «подонки» или «отбросы общества». И когда город постигало какое-нибудь бедствие, например язва или моровое поветрие, тогда этих людей приносили в своего рода жертву — бросали их в море и говорили: «Избавь нас от нечистоты». Возможно, апостол Павел сравнивает себя не с отбросами в буквальном смысле слова, а с этими людьми, которые в древнем мире в человеческих глазах ничего не стоили.

Апостол Павел в своем послании неожиданно переходит к мягкому тону, опасаясь, видимо, как бы его духовные чада, коринфяне, не оскорбились, не впали в чрезмерную печаль. Конечно, своей иронией он стыдит их, но тут же и отказывается от своих слов, тут же их утешает: «Не к постыжению вашему пишу сие, но вразумляю вас, как возлюбленных детей моих» (ст. 14). Его слова можно было бы понять так: «Я говорю об этом не для того, чтобы вам стало стыдно и вы почувствовали себя глупыми, безумными людьми, которые пытаются быть лучше, чем святые апостолы, но для того, чтобы вы, мои возлюбленные дети, вразумились, исправились и отказались от своего нелепого, даже не образа мыслей, а душевного состояния, чтобы вы пришли в правильное устроение и вновь вернулись к спасительному умонастроению и душевному стремлению».

Все мы, как и коринфяне, — грешные люди, все мы нуждаемся в покаянии и непрестанном плаче о себе, однако забываем об этом. Нам кажется, что всё уже позади и мы уже чуть ли не в Царствии Божием. Если говорим о спасении, то намереваемся спасать других людей, а ведь на самом деле для нас самих все только началось. Есть повествование об одном из великих подвижников, который, казалось бы, должен был надеяться не только на милость Божию, но и на особое дерзновение пред Богом. Когда душа преподобного Макария Великого после разлучения с телом, сопровождаемая ангелами Божиими, беспрепятственно миновала мытарства и возносилась на небеса, демоны кричали ей: «Макарий, ты ушел от нас». Он же отвечал им: «Нет, я еще не ушел от вас». Так повторялось несколько раз, пока душа возносилась все выше и выше. И только когда он вступил одной ногой в райские врата, тогда, наконец, сказал: «Вот теперь я ушел от вас». Имеем ли мы такой же образ мыслей? Так ли смиренно боимся, опасаемся за себя, как это делал великий подвижник, отец отцов? Макарий Великий и мертвых воскрешал, и тем не менее трепетал за свое спасение. Мы же ведем себя бесстрашно, забыв о покаянии, забыв о том, что здесь, за монастырской оградой, мы находимся в месте, чрезвычайно удобном для нашего спасения. Речь идет не о монастырском заборе, а об определенном образе жизни, оберегающем нас от гибели.

Далее апостол говорит: «Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием» (ст. 15). Наставников много, например, ныне живущие священники — тоже наставники, но отцами Церкви являются святые апостолы, родившие ее, родившие тех, кто принял их проповедь для спасительной жизни. Поэтому и нам, сегодняшним христианам, нужно быть верными святым апостолам и подражать им. В этом наше спасение. Не выдумывать какой-то свой образ жизни, сознательно его конструируя или невольно, даже неосознанно поддаваясь своим страстям, нечаянно формируя свой взгляд на жизнь. Мы должны всегда проверять себя, согласна ли наша жизнь с Божественным Откровением, содержащимся в Священном Писании и святоотеческом Предании, или мы живем каким-то особенным образом? Христиане со своим собственным вымышленным христианством — да такого быть не должно и не может! Вспомним святителя Игнатия. Он очень много говорит о терпении скорбей и придает этому очень большое значение. Откуда он взял свое учение? Конечно же, из Священного Писания. Разве мы не видим, что его учение совершенно согласно с теми словами апостола Павла, которые мы сейчас разбираем? «Я родил вас во Христе Иисусе благовествованием», значит, мы рождены через Евангелие. Как же мы можем вдруг от него отвернуться? Разве Евангелие не должно наполнять все наши мысли и чувства, каждый поступок и движение души, внутренний мир и деятельность? Разве мы можем заменить или дополнить его чем-то? Почему же мы отвращаемся от того, что является основанием и вообще всем существом нашей христианской жизни?

«Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу» (ст. 16). Апостол Павел обращается с просьбой к коринфянам. Но только ли к ним? Потеряло ли Священное Писание свою актуальность? Может ли это произойти со словами, сказанными не по человеческому рассуждению, но по действию Святого Духа? Конечно, невозможно, и слова эти касаются каждого из нас. Мы должны быть подражателями святому апостолу Павлу. Можно перечислить все те качества, которые он здесь называет, и таким образом понять, в чем мы должны быть подобными ему. Мы-то хотим быть подобными ему в чудесах, почете, славе, уважении, мудрости, но сам апостол Павел, правильнее сказать, Дух Святой, говорил не об этом. «Бог показал нас последними» — значит и мы тоже должны быть последними. «Как бы приговоренными к смерти» — и нам следует всегда помышлять о смерти. «Мы — зрелище, позор для мира» — незачем и нам стыдиться исполнять свой долг, пытаясь изображать из себя людей уважаемых, достойных, прекрасных или мудрых с мирской точки зрения. Если апостолы были посмешищем, то тем более пусть им будем мы, потому что мы меньше, чем святые апостолы. «Мы безумны» — и мы не должны бояться оказаться глупыми, если только эта глупость, это безумие ради Христа. «Немощны» — и нам не надо стыдиться признавать свою немощь в духовных вопросах и в обычной человеческой деятельности. Будем всегда уповать и надеяться на Бога, а не на свои силы. «В бесчестии» — зачем нам искать славы? Лучше, наоборот, стремиться быть бесславными, подобно тому как святые апостолы оказывались бесславными в глазах подавляющего большинства людей. Будем готовы, если необходимо, терпеть и голод, и жажду, и наготу, и побои, и унижения, и лишение крова или, по крайней мере, не роптать оттого, что испытываем в чем-то недостаток. Мы должны работать своими руками, не думая о том, что труд мешает духовной жизни. Если он не помешал апостолу Павлу проповедовать, то и мы не будем роптать на то, что трудимся, потому что обязаны и в этом быть подражателями святому апостолу Павлу, тем более что мы уделяем труду умеренное время, поскольку священноначалие заботится о том, чтобы бóльшую часть времени мы посвящали духовной жизни. Когда нас поносят, будем благословлять этих людей. Когда нас гонят — терпеть. К сожалению, наша немощь, а правильнее сказать — нерадение, лукавство, простирается до того, что мы не то что гонения, но и заслуженное замечание с трудом терпим, а то и просто отвергаем. «Хулят нас, мы молим». Так и мы постараемся искать утешение только в молитве, хотя бы нас поносили и незаслуженно хулили. Тогда, в конце концов, мы придем к искреннему смирению, которое, несомненно, имел святой апостол Павел. «Мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый доныне» — и нам надо быть для всех как мусор, отбросы.

Увы, увы! Кто хочет стать таким? Где найти человека, который хотя бы шаг сделал в эту сторону? Мы хотим быть как святые, подражать им, мечтаем о святости. Почему же не хотим быть мусором и отбросами? Как должен вести себя человек в этом случае? Например, стоит он в комнате, а ему говорят: «Иди отсюда». Он молча выходит и думает, что с ним обошлись вполне справедливо. Иначе и быть не может, потому что он считает себя подлинно самым ничтожным существом, ни на что не годным и презренным. Если же мы ведем себя иначе, значит, в нашем сердце никакого смирения на самом деле нет, хотя бы мы и говорили в своем уме, что мы грешные, ничтожные и презренные.

Подражая апостолу Павлу во всем перечисленном, мы должны помнить, что рождены благовествованием Евангелия и только оно является нашей, выражаясь современным языком, идеологией, нашим образом мыслей, нашими чувствами. Внутри нас не должно быть ничего иного. Если бы мы следовали этому, тогда, может быть, не в чем-то сверхъестественном, даже не в бесстрастии, но в самом главном — в смирении и терпении — уподобились бы хотя бы в некоторой степени святому апостолу Павлу и всем святым апостолам. Смирение есть, как выразился один подвижник, одеяние Божества, высочайшая добродетель, без которой невозможно спастись, но которая и одна может спасти человека. Аминь.

5 августа 2007 года




Прочтите толкования

 Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года (книга) 
Святитель Феофан Затворник. Толкование в 10-ую неделю по Пятидесятнице. (Апостольское чтение)
Протоиерей Всеволод Шпиллер. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Об исцелении бесноватого отрока. О горчичном зерне. вангельское чтение) 
Схиархимандрит Авраам Рейдман. Слово в 10-ую неделю по Пятидесятнице. вангельское чтение)


     Митрополит Антоний Сурожский. Слово в 10-ю неделю по Пятидесятнице. Исцеление бесноватого отрока (Евангельское чтение)

 В сегодняшнем Евангелии мы еще и еще раз видим отчаянную человеческую нужду и неспособность учеников Христовых исцелить человека. Недавно мы читали в Евангелии о том, что они чувствовали, что не в состоянии накормить народ, который окружал Христа; и спросили Его: почему? Почему они так бессильны? Почему они не могут помочь тем, которые с такой надеждой к ним приходят? 

И Спаситель две вещи сказал. Сначала, до их вопрошания, Он сказал: приведите больного мальчика ко Мне… Это первое, что каждый из нас в состоянии сделать. Когда перед нами нужда, болезнь, отчаяние и растерянность, мы так часто стараемся своим умом помочь; и порой, в какой-то мере, мы это можем сделать. Но в конечном итоге, предельная гармония, цельность человека может быть восстановлена только Самим Богом. И поэтому мы должны помнить, что мы посланы в этот мир для того, чтобы каждого нуждающегося привести к Самому Христу, стать настолько прозрачными, настолько незаметными, чтобы люди вошли бы в общение со Христом, потому что мы их за руку к Нему привели – но только. 

Второй вопрос был поставлен конкретно учениками: почему мы не смогли его исцелить?.. – Потому что не хватило веры. Не веры в то, что у них есть сила это сделать, а веры в то, что Бог может это сотворить, и что роль ученика в том, чтобы распахнуть как можно шире дверь для Бога, чтобы Он мог вступить в жизнь и сотворить чудо. 

Но для того, чтобы быть способным так поступить, как Спаситель им сказал, надо пройти путем молитвы и поста. Не поста в том смысле, в котором мы о нем говорим так часто: воздержание в пище: а поста в том основном смысле, в котором святые отцы понимают это слово: отказ – или, вернее, свобода – от всего того, что нас порабощает; свобода от всего того, что нас прельщает, царственная независимость, при которой мы можем до конца принадлежать Богу и быть способными к Нему обернуться, и слушать, в глубинах нашего бытия, Его животворящее слово. 

В этом и заключается, в конечном итоге, молитва: в том, чтобы мы, стряхнув с себя все узы, забыв про землю, про небо и про себя, стали перед Богом в глубоком молчании, слушая, вслушиваясь всем нашим существом в Его присутствие, в Его безмолвие, в Его слово животворящее, и отвечая Ему порой только одним словом: Аминь! Да, Господи, приемлю, да!.. 

И не напрасно в конце этого отрывка говорит нам Христос о том, что Ему через несколько дней надлежит быть переданным в руки человеков, которые озабочены только землей, и что они Его убьют, потому что такой свидетель свободы в Боге невыносим для них. Это предел того, к чему Он зовет учеников: отрекитесь от себя до конца! Уйдите в Бога до конца, – тогда вы станете, вероятно, чуждыми тем людям, для которых Бог чужд, в которых не живет подлинная жалость и любовь. Следуйте Моему примеру; возьмите свой крест и последуйте за Мной – но без страха! Потому что Я никуда вас не поведу, никаким путем, каким Я Сам не прошел, и этот путь, через крест, ведет к Воскресению. 

Аминь!  


Данный материал подготовила

Татьяна Зайцева редактор раздела Евангельских групп 

 Вы можете ответить на вопросы в комментариях 



Оставить отзыв

Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений

ВКонтакт Facebook Одноклассники Twitter Яндекс Livejournal Liveinternet Mail.Ru